Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 291 – Тиана Соланж

— Все верно, Азим, я подменил детей. Ведь вы все отказались от ребенка, — глухим голосом произнес отец, не спуская с бывшего компаньона пристального взгляда.

Я снова посмотрела на отца, пытаясь понять, что он чувствует, говоря это, ведь он не мог не понимать, что меня заденут его слова. Но все сомнения отпали сразу, потому что я видела в его глазах боль. Боль потери той, которую он несмотря ни на что любил всю жизнь. И до сих пор любит, глядя на меня. Ведь Вика сказала, что я мамина копия.

— Ведь это ты помог Вике подстроить ту аварию, в которой погибла Алена и ее ребенок? Задержал Алмаса, вместо которого, за руль сел твой водитель. Хорошая многоходовка, Азим, ведь ты не сказал Виктории, что твой брат остался жив, но именно ты подвел его к мысли о самоубийстве, когда он узнал, что потерял жену и ребенка. Еще неродившегося ребенка. Ты, Азим, сказал ему, что ничего поделать было нельзя, и их обоих похоронили. Ты похоронил! И именно ты вложил пистолет в руку брата. Скажешь, нет? — насмешливый взгляд голубых глаз еще больше разозлил Кильдеева старшего, который кусал губы и сверкал взглядом в моего отца. Я же глотала слезы, понимая, что едва не стала невесткой этого монстра, который всю жизнь только и делал, что пытался обобрать меня до нитки. Господи, как я была слепа?!

— Я тоже все эти годы не оставлял попыток докопаться до правды, как и ты искал завещание Алмаса, чтобы прибрать к рукам его бизнес. Нет, мне он не достался просто так, зря ты так думаешь, — горько усмехнулся отец. — Я бы предпочел видеть своего друга и любимую женщину живыми, воспитывающими свою дочь, чем…, — Георгий качнул головой, снова сжав мою руку. Я поняла, что ему, как и мне, требуется поддержка родного человека, поэтому я щекой потерлась об его кисть и коснулась губами запястья. Мне все равно, как ему досталась эта треклятая компания — он сделал для меня больше! — Завещание в мою пользу, как и опеку над дочерью Алмаса и Алёны, оформил ее дед. Алёнин отец не желал, чтобы девочку воспитывал ты, Азим. Ведь однажды вы отказались от них, а тесть Алмаса сделал так, чтобы она к вам не попала никогда.

— Отец, — просипел Бахтияр, молчавший до этого, но теперь он смотрел на отца едва ли не с ужасом и омерзением. — Скажи, что он лжет, что это не ты…

— Замолкни! Не до тебя сейчас, — рыкнул в свою очередь Азим, не спуская глаз с папы. — Мне все равно, как ты уговорил этого старого маразматика переписать все на тебя, но фирма — моя! Моей семьи! Она принадлежит Кильдеевым, а не…

— То есть, тебе плевать на Сашу, что это ее наследство? Фирма единственное, что осталось ей на память от родителей?! — с насмешкой уточнил Сокольский.

Я переводила взгляд с него на Кильдеева. Я не понимала, какую игру затеял отец, но была уверена, что действует он в моих интересах. Иначе не пытался бы выбить того из равновесия. Но не понимала только — какая роль здесь отведена мне?

— Да, фирма — моя!

— Отец!? — Бахтияр и Азим воскликнули практически одновременно. — Ты обещал…

— Помолчи, Бахтияр! Все равно она будет твоей, никуда не денется, — Азим пытался казаться равнодушным, но его выдавал азартный блеск в глазах. Словно, он уже был уверен, что выиграл. Адвокат тоже заметил это, пытаясь сказать что-то на ухо своему доверителю, но Азим только отмахнулся от него.