Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 270 – Тиана Соланж

— То что? Продал бы ее этим…, — Север едва не сплюнул, но вовремя вспомнил, что уборкой тут занимается сухонькая старушка, подрабатывающая на пенсии. Не дело это, ей и так тут предстоит за ними убирать. — Ты только спишь и видишь, как выгоднее подложить Сашу под эту семейку! Ненавижу тебя! Ты такая же тварь, как и они, — выплюнул молодой мужчина, отворачиваясь и делая длинный вдох. Воздух, как назло, никак не попадал в легкие, что еще больше бесило Северина.

— Север, спокойнее, — предупреждающе проговорил ему Влад, вручая какие-то таблетки и стакан с водой. Он сначала хотел отказаться, но хмурый взор брата остановил. — Так, успокоились все, сейчас не то время, когда стоит кидаться обвинениями, — попытался урезонить всех он.

— Где! Моя! Дочь?! — не сводя пристального ледяного взора с Севера, снова спросил Сокольский. — Я тебе доверил самое ценное, что у меня есть — мою девочку…

— Моя невеста — тебе не дочь, па-па, — ядовито по слогам процедил мужчина, отмахиваясь от очередного прибора Влада. Пришлось даже прикрикнуть. — Некогда мне, Влад! Потом будешь заниматься ерундой. Раз папочка не знает, где Саша, я сам ее найду. А ты, — он снова посмотрел в лицо Сокольского, который мрачно следил за ним, — не стой на моем пути. Не можешь или не хочешь помогать — не мешай! Но запомни — Сашу больше ты не увидишь! Если бы не твои инсинуации с Кильдеевым, с ней все было бы в порядке…

— В таком порядке, что ты сам не смог ее защитить? — усмехнулся недобро Георгий, — не нашел лучшего места, как поселить ее в доме врага Кильдеева?

— Я хотя бы не толкал Сашу к этому монстру. Не врал ей, что она моя сестра! — сорвался Север, отмахиваясь от попыток отца, пытавшегося его остановить. — Что, так боялся остаться без своего предприятия, что и дочь не жалко? — с презрением процедил он, с удовлетворением глядя, как бледнеет лицо Сокольского, вытягиваясь от удивления.

— Давно знаешь? — медленно спросил он, бросая на сына острый взгляд. — И… Саша знает?

— Что ты ей не отец — да, а что все дело в фирме… узнает непременно, — теперь уже Север злился на себя, но ничего поделать не мог. Когда Анатолий «раскопал» эти старые тайны, он сам попросил брата пока не рассказывать Саше об этом. — Мне все равно, с чем ты останешься в конечном итоге, но Саша и ребенок пострадать не должны.

— Ребенок? — вытаращил бледные глаза на него Сокольский. На его шее судорожно дернулся кадык. — Дочь… Саша беременна? От тебя, — прошипел он, снова потянувшись к горлу этого… своего сына. — Т…ты! Как ты мог?! Она же…

— Довольно! — рядом с пасынком остановился Зарницкий, положив ему на плечо тяжелую ладонь. — Мы не откажемся от любой помощи, сейчас важно спасти девочку, а не мериться…, — его тяжелый взгляд обжег не только Георгия, но и досталось сыну. — Умерь гордыню, сын! Сейчас важнее спасти девочку.

Сокольский тяжело выдохнул, признавая правоту мужчины. Стоило признать, что вырастил он не сопляка и женоподобного мажорика, а достойного мужчину, которого к тому же — пора уже тоже признать — любит его дочь.

— Уверен, что ее выкрал именно Кильдеев? — мрачно произнес Сокольский, проходя мимо тяжело дышащего Северина к дивану и устраиваясь на нем.

— На дом, где мы прятали Сашу… к-хм, — прокашлявшись, проговорил Толик, — было совершено нападение. Всех, кто находился, в нем попытались сжечь живьем. Там сейчас полиция разбирается. Жене Даниса пришлось признаться, что это она позвонила Кильдееву-старшему, но, боюсь, пока это бездоказательно, — развел он руками, признавая очевидное. — Свидетелей нападения нет, а связать приезд Азима с поджогом…. Но, даже если они попытаются предъявить обвинения Кильдееву, на это может уйти много времени, а его у нас нет.