Книга Ты разрушила нашу семью, страница 47 – Наталия Ладыгина

— Да, иди в комнату. Я с тобой потом еще поговорю…

Мила уходит. Слышу, как она закрывает за собой дверь.

— Как ты ее нашел? Где? — интересуется Юля. Она больше не обеспокоена. Все позади для нее.

— Даша ее нашла.

— Чего? — сильно хмурится Юля. — А она-то тут при чем?

— Она ее увидела в городе. Не оставила твою дочь на дороге, посадила в машину, привезла к нам домой, еще и защищала ее от меня, когда я собирался выпороть ее ремнем.

Юля всю передергивает. Неприятно ей такое слышать.

А ведь все могло быть иначе.

Я дал ей второй шанс. Спас от тюрьмы. Все уладил. Детей ей оставил. Вышла бы давно замуж, да жила бы счастлива. Но нет же…

— Мне спасибо ей сказать?

— Стоило бы. Но я больше не хочу, чтобы вы виделись.

— Что, боишься, что я ей расскажу подробности нашей недавней ночи?

— Закрой рот и сотри эту улыбку с лица, — делаю к ней резкий шаг. — Я сыт по горло, Юля. Всем. Теперь мы будем говорить серьезно.

— Пфф… Ну давай, начинай, — Юля разворачивается и начинает двигаться в сторону кухни. Я за ней иду. — Говори, что я плохая мать. Но это не я плохая. А ты отсутствуешь. Будь ты рядом, Мила боялась бы такое вытворять.

— Недолго тебе осталось так говорить.

— Ты это о чем?

— Скоро ты лишишься возможности манипулировать детьми. Скоро они станут взрослыми.

— Ты, кажется, кое-что забыл… — тянет ехидно Юля и начинает поглаживать свой живот. — Тебе от меня не избавиться. Так что, можешь передать Дашеньке, что придется нам делить тебя. Она к такому готова? Сомневаюсь. А вот я...

— Завтра к девяти будь готова. Я заеду за тобой.

Юля часто моргает, не понимая. А после расплывается в улыбке.

— Поедем в детский магазин?

— В клинику.

— Хочешь послушать сердцебиение малыша?

— Хочу узнать, мой ли он.

Юля бледнеет.

Цвета мела стало ее лицо.

Настолько шокирована или это страх?

Я не исключаю, что Юля с кем-то встречалась. Забеременев, она возможно и придумала это план — опоить меня и затащить в кровать.

Юля быстро надевает маску на лицо, так знакомо начав кривить губы.

— А я-то думала, что ты больше не найдешь способов унизить меня еще сильнее…

— Называй это — как хочешь, — пожимаю плечами. — Я хочу знать, чьего ребенка я буду обеспечивать.

— Не криви душой, Горский. Дело не в деньгах… Ты никогда не был жадным. И заплатил бы очень много за то, чтобы избавиться от меня. Все дело только в Дашеньке, которой тебе хотелось бы сказать, что ребенок не твой.

— Конечно дело в ней. Я страшно перед ней виноват.

— Только ты и виноват.

— Да, виноват, — приближаюсь к бывшей жене. — Во многом я сглупил. Нельзя было мне тогда так легко спускать твой поступок… И Даше врать не нужно было.

— Избавь меня от своих сожалений. Это уже все неважно, — фыркает Юля.

— Тогда давай о настоящем, ведь в этом настоящем моменте я даю тебе шанс признаться. Это мой ребенок?

— Твой!

— Ты так говоришь, потому что уверена, что ложь не изменит твоего положения? Ошибаешься. Изменит, поверь мне, — киваю. — До сих пор я не хотел шума, хотел покоя для себя и для Дарьи, но теперь я буду наказывать тебя. За каждое твое действие.

— Да кто ты такой, чтобы меня…

— Ты, дрянь, живешь на мои деньги! — хватаю за запястье и стискиваю так больно, что она начинает подгибать колени. — Ты просто сука! Паразитка! А еще сумасшедшая! Нормальная женщина давно бы все поняла, а еще была бы мне благодарна.