Книга Развод. Цена искупления, страница 79 – Анна Гранина

— Где она? — спрашиваю я голосом не терпящим возражений.

— Сидит на корпоративной квартире, под замком. Двое ребят её стерегут круглые сутки.

Я киваю, пальцы сжимаются на столе. Вчера, когда её уводили, она визжала, бормотала что-то про мою любовь, цеплялась тонкими пальцами за стены до кровавых следов.

Она не в себе, это ясно, как день. Но мне не до её безумия. Мне вообще похрен на все и всех кроме моей семьи. Эта сука сумела пробраться к нам так близко и разрушила нашу жизнь.

— Что она сказала? — голос мой режет воздух, и я вижу, как Сергей слегка напрягается.

— Пока молчит, — говорит, глядя мне в глаза. — Бормочет бессвязно, но ничего толкового. Давим, но аккуратно. Если пережать, она совсем сломается.

— Мне плевать, сломается она или нет, — цежу я, наклоняясь вперёд. — Она травила меня, Сергей. Месяц сыпала мне какую-то дрянь в кофе, в еду. Я хочу знать, кто ей это дал. Выясняй.

Он кивает, достаёт блокнот, делает пометку. Я откидываюсь в кресле, чувствуя, как гнев смешивается с болью.

Вика.

Её лицо — последнее, что я вижу перед сном, и первое, что всплывает утром. Она думает, что я спал с этой больной сукой. И я сам в это верю — та ночь в спальне, как в туманном мареве. Смятые простыни, её запах, её тело подо мной — всё слишком реально, чтобы быть ложью.

Я предал жену в нашем же доме. И она ушла.

Её мягкий голос, её окутывающее тепло — всё, что у меня было, теперь потеряно.

Я ненавижу себя за слабость, за то, что не заметил, как Алиса влезла в мою жизнь и раздавила всё, что я строил. Почему я не проверил ее от и до? Почему я решил раз Рома ее выбрал, раз привел в наш дом, то ей можно доверять? Дебил, блять.

— Уже работаем, — продолжает Сергей, прерывая мои мысли. — Проверяем её связи, звонки, счета. Она упоминала Дарью. Это та, что была с вами связана раньше?

Дарья. Имя из прошлого, что я пытался вычеркнуть. И я ее вычеркнул из своей жизни. В том, что ее не стало она виновата сама. Покатилась вниз по наклонной: выпивка, гулянки, бесконечные дебоши и веселье. Потом притоны и наркотики. Моей вины в этом нет. Она сама выбрала такой путь. Я поступил с ней честно, расстался по-нормальному. И даже Вика, в моей жизни как женщина, появилась позже. Когда болезнь по имени Даша закончилась.

Вика… я понимаю, как ей было тяжело. Я понимаю ее страхи и принимал их. Но ни единого раза рядом с ней мне не хотелось к Даше. Это был мой осознанный выбор. Я Птичку даже в мыслях не передавал ни разу за двадцать лет. А тут…

Я сжимаю челюсть, киваю.

— Да, давно, — голос мой глухой, но твёрдый. — Алиса несла чушь про неё. Выясни, есть ли связь. И где она взяла препараты. Это не аптечная дрянь, это серьёзно.

— Понял, — отвечает начбез, записывая. — Вы сдали анализы?

— Утром, — говорю я, глядя в окно, где серое небо давит на город. — В клинике. Сказали, неделя. Исследования сложные, результаты не быстрые. Но если что-то в моей крови найдется… — сжимаю челюсть еще сильнее. Ярость по венам течет. — Тогда подключим полицию.

Сергей кивает, делает ещё одну пометку.

С Ромкой тоже один пиздец за другим. Кто я в его глазах? Мудак? Как минимум. Но вырос он настоящим мужиком, это радует. За мать горой стоит. он всегда таким был. Пока я по командировкам мотался по миру, пока я бизнес строил. Птичка сына растила. Как же она стремилась и переживала, что у нас отношения не складывались. И тольк овсе наладилось, только он стал вникать во все вопросы по работе… Пиздец пришел.