Книга (не)вернуть. Цена искупления, страница 87 – Анна Гранина

Я смотрю на сидящего впереди охранника. Спокойный, почти каменный.

— Можно… — голос осип, но он оборачивается сразу. — Позвоните Чернову, пожалуйста. Скажите, чтобы заехал ко мне домой. Мне нужно с ним поговорить.

Он кивает. Достаёт телефон, звонит. Я отворачиваюсь к окну. Смотрю на отражения фар, на размытые огни витрин. И думаю только об одном.

Завтра. Макс. Пожалуйста. Ты нам очень нужен. Вернись к нам, умоляю.

Девочки, история семьи Волковых подходит к концу, еще несколько глав и мы отпустим ребят в “счастливое завтра”. Ох… думаю, что они заслужили свою любовь.

В голове есть несколько идей по идеям и задумкам по новым книгам. Чернов?.. Или Ромка? Эти ребята сложные достаточно. И там и там история про бывших. И скорее всего первым на очереди будет Чернов, в августе думаю.

Но без новинок вас оставлять не буду. И уже 29 июня… что-то новенькое и свеженькое! Ждете? Следите за блогами на моей странице.

Вика.

Я не знаю, как выразить эту тревогу. Она стучит где-то в затылке, ломит в висках, а в груди тяжелеет до тошноты. Надя спит, Оля укладывает её после кормления, и в доме наконец тишина. Но я не могу просто сидеть. Я жду. Я почти киплю внутри. И когда в дверь наконец звонят — я бросаюсь открывать, даже не заглядывая в глазок.
Хотя, ну кто звонит, когда у нас охраны толпа?

Вежливый бандит. Такое бывает? Видимо,да.

Чернов. Уставший, в темной футболке, с короткой щетиной и сумрачным взглядом. Заходит в прихожую, скидывает обувь без лишних слов. Мы в гостиной. Он присаживается, но я не сажусь. Стою перед ним. Руки дрожат. Я вся словно нерв оголенный. Тронь - убью.

— Ну? Рассказывай, — говорю. — Всё. Я хочу знать.

Он вздыхает и смотрит в сторону, как будто я его раздражаю заранее.

— Вика, тебе сейчас надо думать о Максе, о ребёнке, а не копаться в этом дерьме. Всё под контролем.

— Под контролем? — я поднимаю брови. — Да ты издеваешься? Я перерыла весь интернет, нигде ни слова про законопроект! Отозван ли он вообще? И кто были те, кто нас похитили? Где они? Что с ними?!

Чернов медленно выдыхает, как будто считает до десяти. Потом хрипло отвечает:

— Законопроект отозван. Утром того же дня, когда всё началось. Макс сам дал отмашку.

Я чувствую, как подкатывает ком. Горло сжимает.

— Значит, всё это было не просто так… Значит, они и правда охотились за ним?

— За вами, Вика, — поправляет он. — За всей семьёй.

— Кто?!

Он смотрит на меня долго. Потом устало трет лоб.

— Почти всех взяли. Кто был на объектах, кто занимался транспортировкой, кто контролировал запись и распространение. Одного ещё ищем. Скользкий ублюдок, но найдём. А Маша... — он цедит сквозь зубы, — даёт показания. И все остальные тоже.

— Маша… — я сжимаю кулаки. — Психичка эта?! Маньячка?! Я хочу с ней поговорить. В глаза ей посмотреть. Мне нужно это. Я должна! Мне в морду ей плюнуть хочется и растерзать ее своими руками! Маша, Алиса… Даша… я сама скоро с ума сойду. Где вторая дурная голова?

— Не еби мне мозги, — выдыхает Чернов. — Макс проснётся и нам с тобой обоим по шее настучит, если узнает.

— Пусть! — я почти кричу. — Он не был там! Он не видел, как она смотрела, когда я рожала! Он не слышал, как она смеялась! Эта тварь хотела, чтобы я умерла, чтобы моя дочь умерла!

— Там говна, Вика, — отвечает он резко. — Там полный подвал говна. Но хочешь? Хорошо. Будет тебе встреча. Только один раз. Один. Я договорюсь. Но нужно тебе оно, нырять в этот ад еще раз. Истерики эти ваши женские…