Книга (не)вернуть. Цена искупления, страница 69 – Анна Гранина

— К сути давай. Не к чему кружить. Время на минуты.

— Так я не кружу, Макс. Ты знаешь, что только слепой и безногий на тебя зуб не точит. Потому что они блять просто не могут. Ты нахера этому проекту ход дал?

— И? Суть, блять, мне давай! Нашел?

— Ищу, но ты просто смертник. Потому что твоими руками решили жар загребать и чтобы свои руки чистыми и целыми остались. Ты понимаешь, что от тебя хотят и будут давать? Ты отчаянный. Еду к тебе. Через час буду и с новостями. Но ты в оба смотри и телефон из рук не выпускай. Потому что птичка на хвосте принесла, что эти беспредельщики тебе скоро позвонят. Если они позвонят до моего приезда, то пилингуйте как обычно. Если я успею до этого, то привезу новую диковинную вещицу.

Чернов вешает трубку, а я откидываюсь на спинку кресла. Пытаюсь вдохнуть и выдохнуть, но грудь сдавило сильным спазмом. Со всей силы запускаю в стену пустой скан, будто бы это поможет.

Но… все иллюзия.

Меня, сука, раздражает все вокруг!

Я хочу только одного, чтобы моя жена была рядом со мной! И чтобы с ней было все хорошо. И я заплачу любую цену за это.

— Где Рома? — спрашиваю у Дениса, не поднимая взгляда от телефона, в который, кажется, всматриваюсь уже не глазами, а нутром.

— Уже в воздухе. Вылетел час назад. Через шесть часов будет на месте, — отвечает он быстро, по-военному четко.

Я киваю. Хорошо. На самом деле — с облегчением. Хоть кто-то из моей семьи сейчас далеко от этого кошмара. Не вовлечён. Не сидит в этой западне, где каждый сантиметр воздуха теперь пропитан диким страхом и яростью. В тот момент, когда всё полетело к чертям, он оказался в Китае, на важной встрече, готовящейся неделями. Пусть будет там. Дольше задержится — только лучше. Здесь ад, и чем меньше свидетелей, тем меньше пепла потом собирать.

— Встретите с усиленной охраной, — говорю, уже поворачиваясь к окну. — Два кордона. Периметр – под полный контроль. И чтобы сразу сюда, как приземлится. Без лишних остановок.

Денис, не задавая вопросов, выходит, закрывая за собой дверь. Всё, что нужно, он понял. А я остаюсь один,лицом к лицу с ожиданием, с этой чёртовой тишиной, которая гудит в ушах громче любого выстрела.

Смотрю на экран. В глазах уже жжёт. Не моргаю. Телефон в руке — как живая граната. Я не выпускаю его из пальцев, потому что точно знаю — скоро. Совсем скоро. Эти твари обязательно выйдут на связь.

Их не интересует молчание. Они хотят шоу. А значит — позвонят.

И когда звонок оглушает пространство — всё внутри меня замирает. Нет испуга. Нет даже удивления. Есть только холодная сосредоточенность. Стальная воля, натянутая, как струна. Без номера. Разумеется. Только это и подтверждает — это они.

В тот же самый момент дверь в кабинет открывается. Чётко, без стука, словно тоже по сценарию. На пороге — Чернов. Прямой взгляд. Он кивает, не говоря ни слова, и садится напротив.

Я принимаю вызов. Мгновение — тишина. А потом в динамике раздаётся голос. С хрипотцой, прокуренный, мерзко-самодовольный. И совершенно незнакомый, как бы я не пытался его идентифицировать.

— Крепенькая у тебя дочка, Волков… — растягивает, будто смакует. — Упертая. Настырная. Прям в тебя. Живчик.

Макс

Слова срываются с его языка как плевки, и каждое из них обжигает мне кожу. Но я не моргаю. Ни один мускул на лице не дёргается. Только сердце бьётся глухо, мощно, так, что я слышу его в висках, в зубах, в кончиках пальцев, повсюду блть.