Книга Измена. Верну тебя, жена, страница 49 – Ира Орлова, Анна Гранина

— Если мне когда-нибудь понадобится шлюха — я обращусь в агентство. Там хотя бы девочки моложе и изобретательнее. А ты отправляйся к мужу. С этого дня все вопросы только через него.

— Ты… — она задыхается от злости. — Ты ещё пожалеешь об этом, Артём. Я тебе клянусь.

— Ага. Прощай, — отвечаю сухо.

Её каблуки стучат по полу резко, отрывисто, как выстрелы. Дверь закрывается с глухим щелчком.

Я выдыхаю и только сейчас понимаю, что задержал дыхание. Пальцы сами тянутся к вискам, растирают их – голова гудит, как улей разъярённых пчёл.

Падаю в кресло. Кожа сиденья скрипит под моим весом.

Как я до этого докатился?

Катя – пьяная ошибка. Болезненное наваждение, в которое я нырнул будто в лужу. Но она цепляется. Как пиявка. Как болезнь, которая не хочет отпускать.

И я ненавижу себя за это.

Аня не заслужила такого.

Её лицо всплывает перед глазами – не то, каким я увидел его в последний раз (холодное, отстранённое, с красными от слёз глазами), а прежнее: тёплое, мягкое, с лучиками вокруг глаз, когда она смеялась над моими глупыми шутками.

Сын тем более всего этого не заслужил…

Беру телефон. Пальцы сами набирают сообщение Ане. Хочу написать "Прости", но замираю. Что я скажу? "Прости, я идиот"? Она не ответит. Она даже не читает мои сообщения – я вижу по отметкам.

И я её не виню.

Внезапно дверь снова открывается.

Я замираю. Сердце начинает колотиться, как отбойный молоток, кровь стучит в висках.

Аня.

Здесь. Сейчас. После всего.

И это полный пиздец… Она встретилась с Катей?

Сижу, не двигаясь, глядя на неё, чувствуя, как всё внутри сжимается в тугой, болезненный комок. Я не готов к этому разговору. Не знаю, что сказать.

Но знаю одно – она пришла не мириться. По её лицу, по её позе, по тому, как она сжимает сумку – всё говорит о том, что это что-то важное. Что-то окончательное.

И всё же, как же я чертовски рад её видеть.

Её лицо. Её запах. Её присутствие. Это всё, что имеет значение.

Аня уходит, её шпильки стучат по полу, как гвозди, вбиваемые в мой гроб. Дверь кабинета закрывается с тихим щелчком, но он отдаётся в голове, как удар.

Сижу, уставившись на стол, где лежат документы на развод. Она была другой сегодня: не та Аня, что плакала, выгоняя меня, а стальная, дерзкая, с глазами, что режут насквозь.

«Я всегда красивая»

Не узнал её, но, чёрт возьми, не мог отвести взгляд. Она абсолютно права. Моя жена всегда была красивая. А я — идиот, что забыл это.

Кабинет давит, воздух тяжёлый, пахнет кофе и её духами — лёгкими, цветочными, не то что приторная вонь Кати, что всё ещё витает где-то на краю сознания.

Голова гудит, как после нокаута. Аня видела Катьку… По-любому придумала себе того, чего не было. Что я тут с ней… А я бы сам, будь на ее месте, что бы подумал? Дерьмо…

Пытаюсь работать, погружаюсь в дела и мне это практически удается. К вечеру, телефон вибрирует на столе, и я отрываю взгляд от документов. И в первое мгновение даже до конца не верю в то, что на экране высвечивается имя Ани. Сердце ускоряет свой ритм.

«Артём. Макс задаёт вопросы. Он чувствует, что между нами что-то не так. Я не хочу и не буду ему ничего объяснять. Это твоя ответственность. Поговори с ним по-мужски. Открыто. Честно. Без отговорок. Он имеет право знать правду.»

Читаю, потом перечитываю вновь. Макс... Сын всё чувствует, как взрослый. Аня права — он заслуживает знать правду, но от меня, не от неё.