Книга Измена. Он не твой, страница 85 – Яна Мосар

— Ты не представляешь, как мне сейчас стыдно, Даш, – его голос дрожит, и впервые за долгое время я вижу, как в его глазах блестят слезы. – Я не могу понять, почему она это сделала? Зачем? Ради чего? Я… Я не верю, что это моя мама…

— Может быть, она просто хотела для тебя другой жизни, – тихо говорю я, сама не до конца веря в это. – Может быть, она была уверена, что так будет лучше для тебя? Она слишком тебя любила. Слишком, чтобы делить с кем-то.

— Как может быть лучше, если я потерял бы тебя? – его голос звучит горько и надломлено. – Если бы я потерял Катю? Если бы я разрушил свою семью?

Он резко встает, отходит к окну, упирается руками в подоконник и склоняет голову, будто его давит тяжесть всей этой ситуации. Я вижу, как дрожат его плечи. Ему сейчас не нужны слова. Ему нужно пережить это самому.

Проходит несколько минут, прежде чем он оборачивается. Взгляд уже не такой тяжелый. Он медленно подходит ко мне, садится рядом и берет за руку.

— Прости меня, Даш, – произносит он чуть слышно, почти шепотом. – За все, что было. За каждое мое сомнение, за каждое слово, которое могло тебя ранить. Я не знал, кому верить, и ошибся.

— Я уже простила, – говорю я, пытаясь улыбнуться, хотя это дается с трудом. – Ты не виноват, что поверил ей. Она твоя мама, Яр.

Он молчит, потом тихо произносит.

— Вчера вечером, она позвонила, зашла издалека. А где ты? А знаю ли я точно, где ты и с кем? Ты еще не отвечала. Она закидывала меня сообщениями. Я сам себя накрутил, что ты с кем-то.

— Ты права, она моя мама. Но теперь я не знаю, как с этим жить дальше. Как смотреть ей в глаза и не вспоминать каждый раз, что она сделала?

— Она сейчас сама за это платит, – тихо напоминаю я. – И тебе придется простить ее. Потому что иначе ты не сможешь жить дальше. Мы не сможем жить дальше.

Ярослав снова смотрит на меня, в его глазах светлеет, но горечь остается.

— Я не знаю, как это сделать, – признается он. – Пока не знаю.

— Со временем узнаешь. А пока просто живи дальше. Мы справимся вместе.

Он медленно кивает, и впервые за весь этот кошмар я вижу в его глазах надежду – пусть слабую, пусть едва заметную, но надежду.

Переплетает наши пальцы и целует мою ладонь.

— Я люблю тебя, Даш. Ты самое ценное, что у меня есть. Я больше никогда не позволю никому, даже собственной матери, вставать между нами.

Я прижимаюсь к нему, утыкаясь в его плечо, чувствуя, как стук его сердца успокаивает меня, как его тепло обволакивает, вытесняя страхи и сомнения.

Он не изменяет. И не изменял. А Марина…

— Я тоже люблю тебя, – шепчу я. – И мы справимся, Яр. Обязательно справимся. И нам бы еще с Мариной поговорить. Всем вместе. И выяснить, наконец, кто к кому приставал той ночью.

— Поехали, хоть сейчас. Мне скрывать нечего. Хочу посмотреть, как она теперь скажет тебе в глаза, что я к ней приставал.

Мы выходим из дома, молча идем к машине. Яр шагает быстро, будто хочет скорее разделаться с этим всем. Я едва успеваю за ним, сердце колотится в груди, будто предчувствует новую беду.

Яр останавливается возле машины, но вдруг его взгляд цепляется за двух человек, идущих нам навстречу. Я вижу, как его лицо меняется – удивление, потом гнев.

Смотрю в ту же сторону.

Это тот самый мужчина, который заказывал у меня торт. С ним идет женщина, вероятно, его жена. Ярослав резко делает шаг навстречу, перегораживая им дорогу.