Книга После развода. Лучше одной, страница 52 – Яна Мосар

— Мммф! - пытаюсь возмутиться ему в ладонь и увернуться.

Марат падает на меня. Его руку чувствую под своей спиной. Ногой, согнутой в колене, раздвигает мои бедра и придавливает к дивану.

— Тихо, - шипит он так близко, что у меня по коже сразу мурашки. - Хочешь все испортить?

Пытаюсь сказать: пустите меня, но выходит только очень унизительное мычание.

А потом он убирает ладонь с моего рта - и тут же затыкает меня поцелуем.

Ах ты…

Упираюсь ладонями ему в плечи, чтобы оттолкнуть.

Точно что-то было между нами! И чего я ему там наплела… Мамочки…

Цепляюсь за его плечи, чувствуя под ладонями напряжение мышц.

Снова пытаюсь оттолкнуть, как замираю, когда слышу, как в комнату открываться дверь.

Черт.

— Да вы надоели! Можно тише! - кричит нам Алексей.

Нельзя же теперь при нем ругаться.

Обнимаю Хасанова за шею и издаю стон.

Только для дела. Исключительно для дела.

Вообще ни разу не потому, что губы у него с утра такие же наглые и горячие. И вообще, когда лежишь под ним, быстро теряешь нить спора.

Глаза сами закрываются.

— Да, - шепчет в губы и начинает двигаться, толкаясь в меня. И хоть ничего нет-то на самом деле, но я его чувствую. А Алексей вообще все видит.

— Лех, отвали, а? - Марат отрывается от меня и хрипит. - У нас выходной, мы хотим потр* * *ся.

Рука Марата совершенно беспардонно скользит по моему бедру, талии и сжимает грудь. А там, между прочим, под этой сорочкой действительно ничего нет.

Твою ж…

— Гостиницу снимите! Орете на весь дом!

— Уши заткни и выйди.

Я, чтобы добить картину, закидываю на Марата одну ногу.

Исключительно ради роли.

— Да вы вообще… - Леха аж воздухом давится. - Это моя квартира!

— Свали! - отшивает его Марат и снова целует меня. Телом вжимает меня в матрас, будто специально напоминает: не дергайся, играем дальше.

А я и не дергаюсь.

Очень, между прочим, подозрительно не дергаюсь.

Леха стоит ещё секунду.

Потом, видимо, понимает, что зрелище ему не по нервам.

— Больные, - шипит и хлопает дверью.

Тишина.

Замираем с Маратом, но не отстраняемся, как бдуто ждем продолжения от Алексея.

И мое “исключительно для дела” только что как-то очень быстро превратилось в “ой, а можно ещё секундочку полежать”.

— Вы что вообще себе позволяете, Марат Алиевич?, - уворачиваюсь от него и шепчу.

— Спасал твое лицо.

— Слезьте с меня.

— Вчера у вас был поприятнее характер.

— Вчера вы вели себя как мужчина.

— Мммм… а сегодня как кто? - поднимается на локтях и смотрит в глаза.

— Мужчины настоящие так не поступают!

В коридоре шорох.

Марат толкается в меня бедром чуть смещаясь на край так, чтобы диван скрипел. И снова. Снова.

— Как так? Ты только что чуть всю контору не спалила!

— А я не про сейчас! Я про ночь!

В коридоре стук.

— А я проснулся от пощечины. У каждого свое доброе утро? - Толкается в меня со скрипом дивана и какой-то злостью медвежьей, хотя это я вообще-то злюсь. На секундочку!

Нависает надо мной, большой, горячий, наглый, и спорить с ним в таком положении - это вообще отдельная форма унижения.

— Слезьте уже с меня!

— Доиграем Спектакль. Зритель ждет кульминацию.

— Обойдется этот зритель!

— Нет уж!

Он снова толкается бедром в диван - уже сильнее, так, что я невольно хватаюсь пальцами за его плечи, потому что мебель под нами жалобно стонет.

— Ау! - вскрикиваю.