Онлайн книга «Запретный плод»
|
Оправдалась избитым: «Так мир устроен». Если не можешь чего-то сделать сама, приходится платить тем, кто это может. Денег у нее на Виталия не хватило бы, да он их и не требовал. Что за необъяснимая тяга к ней продолжила гнездиться в нем? Ведь старшеклассницу мог себе позволить, в крайнем случае дорогущую проститутку в белом фартучке на голое тело. А он с порога сразу припал губами к ее груди, точно все эти месяцы изнемогал от жажды. Ольга не стала изображать оскорбленную невинность. Под французским халатом уже не было белья, как Виталий любил раньше. Полы легко распахивались, его рука сразу проверила, все ли организовано по его вкусу. Хозяин жизни пришел. Чего хочется Ольге, он никогда не спрашивал… «Ненавижу», – подумала она. Шторы задернуты, постель ждет. Он довольно ухмыльнулся. О том, чтобы сполоснуться, и речи быть не может: промедление смерти подобно. Пока держится полная боевая готовность, надо успеть овладеть этой женщиной. Настолько равнодушной к нему женщиной… Всегда чувствовал на ней прозрачную броню, будто она целиком в презервативе. Но даже такую он хотел ее просто болезненно. Может, как раз поэтому и хотел… Все остальное Виталий давно держал в руках или хотя бы контролировал. Взгляды встречал лишь снизу-вверх, это при своих-то ста семидесяти… И только Ольга Корнилова ухитрялась смотреть на него свысока даже в постели, даже когда просила о чем-либо – редко, слишком редко! Всегда холодно снисходила, вынуждая терзать ее тело. Потому в последнее время он и не искал встреч: работы столько, что энергия уже не та, а показаться ей пораженцем… Однако ее звонок прозвучал как сигнал. И, почувствовав внезапный прилив сил, Виталий, как пацан, помчался вприпрыжку – зовет, зовет! Шофер, как назло, застрял в гараже, он уже готов был такси ловить. Ругал себя всю дорогу: «Почему сразу не поехал? Зачем назначил на восемь? А если уже перегорел?» И случилось как раз то, чего он боялся просто панически. С женой это было не страшно – поймет и пожалеет. А у такой, как Ольга, ни малейшей жалости, стерва холодная… Когда он ткнулся разок-другой и обмяк, она молча выскользнула из-под него. — Кофе хочешь? Он рассвирепел: — Я тебя хочу! Какой кофе на хрен?! Ольга молчком указала на стену: и у них есть уши. Москвичи его голос знают… Правда, вряд ли кому придет в голову, что он собственной персоной в постели у артистки не такой уж известной, если разобраться, и не первой молодости. Подумают, что голос похож. Кто-нибудь из актеров-пародистов забавляется… Скрывая отчаяние, Виталий попытался приказать: — Иди сюда. Она повернулась к нему, даже улыбнулась. — Много работы, – сказал он. – Знаешь, какой я вчера проект для Москвы надыбал… Рассказать об этом в лицах у него энергии хватило. Ольга отметила: вот сейчас и лицо пылает от страсти, и глаза горят. Четверть часа истории против двух минут любви – реалии его возраста. Может, ему и почудилось, но она вовсе не смеялась. В чем-то они – товарищи по несчастью: желание еще есть у обоих, но ей все труднее встретить ответное, а ему все невозможнее осуществить собственное. Виталий вдруг запнулся: — Что так смотришь? — Как? – спохватилась она: что выдала взглядом? — С состраданием. Никогда ты так на меня не смотрела. Жалок стал? Шестой десяток, черт бы его побрал! |