Книга Дочь драконов для змеиного князя, страница 28 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

— Не трогай меня, — шиплю, место прикосновения жжет, как раскаленный уголь. — Мне неприятно.

Ложь…

Влад лишь тихо усмехается, зарывается пальцами в темные волосы и откидывается на спинку кресла. Как же он прекрасен в своей дерзости! Но я не сдамся. Он будет ползать передо мной на коленях, прежде чем я что-либо ему позволю.

— Два обеда с мясом, — снова появляется стюардесса.

Я беру лоточек и резко дергаю фольгу.

— Ай! — на подушечке пальца выступает яркая капля алой крови.

Влад разворачивается с такой скоростью, что у меня дух захватывает. Он резко втягивает носом воздух, и его глаза… Боги, его глаза!

Весь напускной холод испаряется, сменившись чистейшим животным голодом. Его зрачки вытягиваются, а длинные клыки обнажаются в немом оскале. Все мое тело пронзает смесь страха и пьянящего возбуждения.

— Я сейчас принесу пластырь! — суетится стюардесса, словно не замечает преображения Валаха. Видимо, так оно и есть.

Резко вскакиваю с кресла, чувствуя, как дрожат колени.

— Я буду в туалете! Принесите туда, пожалуйста! — бросаю через плечо, устремляясь в конец салона, сбитая с толку этой внезапной дикой переменой в истинном.

Значит, то, что было до этого — всего лишь маска. Игра. А сейчас я увидела настоящего зверя. Голодного, опасного и неудержимого. Но в его взгляде было нечто большее, чем просто жажда крови…

Не успеваю додумать мысль, как раздается тихий стук в дверь.

Наверняка стюардесса принесла пластырь.

Поворачиваю ручку, и в следующее мгновение мощное тело вдавливает меня в крошечное пространство туалета…

Несносная девчонка! Дочь драконов… До чего же высокомерная!

Но сквозь ярость пробивается восхищение. Адила… Имя обжигает губы, словно глоток редкого крепкого вина. Терпкое, пряное, оставляющее после себя лишь жажду.

— Адила… — выдыхаю непроизвольно.

Эти изумрудные глаза, полные огня и вызова. Алые сочные губы, которым бы я с радостью нашел иное применение, чем называть меня ледяным мешком дерьма. Ее запах сводит с ума, выжигая последние остатки самоконтроля.

И ее кровь…

В тот миг, когда Адила вскрикнула, в воздухе повис терпкий сладкий аромат. Насыщенный и пряный, словно мед.

Змей взвыл от голода, затрепетал, требуя вкусить ее сладости. Но вместе со всепоглощающей жаждой по жилам разлилась волна отвращения.

Словно эта кровь была самым желанным нектаром и самым смертоносным ядом одновременно. Она — табу. Но от этого мое желание стало лишь нестерпимее.

Мимо бежит стюардесса. Я резко хватаю ее за рукав.

— Я сам отнесу.

— Но девушка… — пытается возразить, однако я ловлю ее взгляд. Легкое давление, и ее сознание покорно затуманивается, готовое выполнить приказ высшего существа.

— Она моя. И я сам о ней позабочусь, — аккуратно забираю аптечку. — Твоя задача, чтобы нам никто не мешал. И… забудь о том, что видела.

Она моргает, растерянно оглядываясь. А я уже шагаю к туалету, чувствуя на себе тяжелый взгляд Горана. С этим уродцем у нас еще состоится долгий разговор.

Стучу. Адила открывает сразу. Ждала, наверное, стюардессу. Сюрприз, милая! Драконица не успевает и пикнуть, как я втискиваюсь внутрь, прижимаю ее к прохладной стенке и закрываю ладонью ротик.

Я хочу ее. До безумия хочу.

— Ммм! — возмущенно пищит, испепеляя меня взглядом.

— Тшш, — шиплю, прижимаясь всем телом, и беру ее руку в свою.