Книга Дочь драконов для змеиного князя, страница 155 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

В голове каждого, от альфы до человека, раздается голос. Скрипучий, древний, промораживающий душу.

— Это было весело, детишки. Но, думаю, нам пора встретиться лицом к лицу.

Марьяша вздрагивает и прижимается к Драгану. Влад сжимает кулаки так, что костяшки белеют.

— Буду ждать вас в Колыбели, — продолжает голос, явно наслаждаясь каждым словом. — Если вам хватит духу явиться на битву.

Зловещий смех наполняет морозный воздух и душу каждого оборотня и человека.

Герои переглядываются. В глазах Влада застывает ледяная решимость. Он поднимает взгляд к небу, где тяжелые тучи закручиваются в воронку.

— Мороз, — произносит он. — Он зовет нас. Финальная битва началась.

Тьма лопается, как перезрелый нарыв. Я делаю судорожный вдох, и реальность обрушивается на меня колючим холодом и резким светом ламп.

— Адила! — хриплый и надорванный голос Влада пробивается сквозь звон в ушах.

Открываю глаза и тону в его черных омутах, в которых плещется такая тревога, что мне становится физически больно.

Я чувствую, как сильные руки буквально вжимают меня в крепкое тело, будто Влад пытается срастить нас воедино, чтобы больше ни одна тень не посмела коснуться моей души. Губы истинного лихорадочно гуляют по моему лбу, вискам, щекам.

— Боги вернули тебя мне… — шепчет Влад, его бьет крупная дрожь. — Ты уходила так далеко, туда, куда я не мог последовать.

Приподнимаюсь, голова кружится, но рука дракона надежно поддерживает мою шею.

Я на диване в гостиной. Знакомый запах дерева, сухих трав Марьяши и… крови.

Нежно улыбаюсь своему истинному, накрывая его ладонь своей. Внутри всё еще тлеет уголек того яростного пламени, которым я выжгла морок Мороза.

— Я победила его, Влад, — произношу непривычно твердо, в голосе больше нет страха. — Этот демон думал, что я его плоть и кровь, но он ошибся. Теперь я готова сражаться в полную мощь. Больше никакой паники.

К нам тут же подлетает Марьяша. Ее глаза покраснели от слез. Она падает на колени рядом и стискивает меня в объятиях.

— Адила, мы так испугались! — всхлипывает она. — Ты просто застыла, и от тебя веяло таким могильным холодом, что даже Влад не мог тебя согреть.

— Марья, тебе нельзя так нервничать, — мягко упрекаю я её, поглаживая по спине. — Подумай о малыше. Мара бы точно не одобрила эти слезы.

Ведьма вытирает лицо краем рукава и кивает, пытаясь взять себя в руки.

Перевожу взгляд дальше и мое сердце сжимается.

Драган стоит у окна, его плечо грубо перебинтовано, сквозь марлю проступает алое пятно. Рядом с ним волки его стаи — Дамьян, Казимир и другие. Почти все они ранены: рваные раны, опаленная шерсть, глубокие ссадины.

Гордость и ярость смешиваются в моей груди. Эти оборотни проливают кровь за нас. За наш дом.

Отец нежно обнимает маму, они с любовью смотрят на нас с Владом. Миэль помогает одному из волком перевязывать раны.

— Расскажите мне всё, — требую, поднимаясь на ноги. — Почему за окном этот ледяной панцирь? И что это за звуки?

Я слышу их. Глухие ритмичные удары.

КР-РА-АК!

Словно тысячи костлявых пальцев скребутся в наши двери.

— Деревья ожили, — коротко бросает Влад. Он стоит рядом со мной, и я замечаю то, чего не видят другие. На его лбу выступила мелкая испарина, а пальцы, сжимающие спинку дивана, побелели от напряжения. — Это была ловушка, чтобы измотать нас. Мне пришлось закрыть дом ледяным куполом, чтобы дать нам передышку и время найти того, кто ими управляет.