Книга Дочь драконов для змеиного князя, страница 148 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

Егор давит на газ. Двигатель, наконец, с рыком оживает. «Тойота» дергается вперед, но путь заблокирован. Впереди плотная стена машин.

— Вправо, на обочину! — рычит Наиль, отталкивая дверью очередную фигуру, вылезающую из соседней машины.

Егор выкручивает руль. Колеса визжат. Машина вырывается на относительно свободную дорогу. Но они не одни.

Из каждой машины вылезают люди. Медленные, неуклюжие. Их десятки. Они идут, спотыкаясь, протягивая руки, окружают.

— Не дави их! — кричит Наиль, хотя Егор и сам видит — это живые люди. Пусть и обезумевшие. Он лавирует между телами, слышит скрежет крыла о зеркало соседнего фургона. Холодный пот стекает по спине.

Из тумана прямо под колеса вываливается ребенок. Девочка в розовой курточке. Лицо синее, глаза жутко сияют.

Егор рефлекторно вдавливает тормоз в пол, руль выскальзывает из рук. Машину разворачивает. Они врезаются боком в припаркованный грузовик. Удар оглушает.

Наиль вылетает через разбитое окно, кувыркаясь по снегу. Он вскакивает, превращение рвет его одежду — теперь это огромный белый волк, на полголовы выше обычного оборотня. Он не убегает. Он защищает машину.

Лапами с размаху отшвыривает нападающих, клыками впивается в плечи, отбрасывая прочь. Не убивает — нейтрализует. Слышится хруст костей, приглушенные стоны.

«Тойота» помята, но мотор еще работает.

Егор давит на газ. Колеса буксуют, цепляясь за лед. Наиль делает последний рывок, отбрасывает двоих и огромным прыжком запрыгивает на крышу, впиваясь когтями в металл.

Машина, скрипя смятой дверью, срывается с места. Они мчатся по обочине, проезжают под вывеской, которая с грохотом падает позади них. Спящие мелькают в зеркалах, удаляясь, растворяясь в тумане.

Через пять минут волки выезжают на свободную от пробок улицу.

Наиль сползает с крыши, оборачиваясь обратно в человека. Он ранен, дышит хрипло. Егор тоже молчит, только пальцами бешено стучит по рулю.

Сзади остался ад. Впереди — медцентр. И страх, что они уже опоздали…

Территория перед медицинским центром Киры — выжженная льдом земля. Даже для оборотней холод здесь чудовищный, пробирающий до костей. Егор вылезает из машины, Наиль следует за ним.

Налетает ледяной ветер, и откуда-то со стороны жилых домов раздается душераздирающий крик.

— Бежим, — говорит Наиль, — нужно найти наших спящих.

Внезапно Егор замирает. Он смотрит на темного шамана.

— А если они тоже… восстали? Наши родные? — его голос дрожит, но не от холода, а от волнами накатывающей боли. Всю дорогу Егор Ярцев гнал от себя мысли, что его возлюбленная стала такой же… и его родители… и крошечная сестренка…

— Возьми себя в руки, альфа! — рычит шаман. — Кроме нас им никто не поможет! Ты избранный, помнишь? Ты сын сильнейших! И плачешь тут, как девочка!

Егор с трудом давит внутри ярость. Потому что Наиль прав. Он расклеился. Альфа кивает и срывается с места.

Дверь закрыта. Забаррикадирована. Что тут случилось?

На металлическом полотне видны вмятины. Окна все покрыты инеем.

Оборотни останавливаются напротив входа. Растерянно крутят головами. И вдруг…

Наиль резко разворачивается. Сзади, метрах в десяти, стоит толпа спящих. Их синие глаза сияют в сумерках. Наиль скалится. Они замирают.

Их молчание страшнее любых криков. Стеклянные синеватые лица, обрамленные инеем, пустые глаза.