Книга Ловя отражение Луны, страница 185 – Гвендолин Доу

Она могла бы стать одной из сильнейших заклинательниц своего поколения, как и Гу Минь мог стать таким среди мужчин, но гадания Люсина-цзунши решили иначе. Отношения с избранницей были сложными, но не всегда плохими: юноша еще помнил, как она писала о своих мечтах и желаниях, как была, казалось, веселой и приветливой при их первых встречах. Только однажды Чжоу Линь пришлось рассказать любимой ученице, с чем та неизбежно столкнется после бракосочетания, и после того дня в сердце Юй Хуа поселилась обида и на решение Небес, и на Гу Миня.

Девушка принялась осыпать его ударами, от которых юноша еле успевал уворачиваться. Ткани цвета нежной сирени взлетали и опускались, словно лепестки цветка на ветру. Темные сапожки Юй Хуа крепко держали ее на земле.

Чего нельзя было сказать о Гу Мине. Краем уха он слышал подбадривающие голоса соучеников из Мэйшань, пробивающиеся сквозь гул в голове. Волны холода сменяли жар, золотое ядро адепта Гу противилось действию «целебного» отвара, словно одинокий корабль, сопротивляющийся гневу природы во время шторма. Центром его существа стала тупая и нарастающая боль в животе, от которой не было покоя.

Удар! Хруст ребра, похожий на звук, с которым надламывается клетка, удерживающая свободолюбивую птицу. Еще удар, уворот, прыжок!

— Получай! – Удар Юй Хуа пришелся адепту Мэйшань в бок, и тот, не удержав равновесия, упал на землю.

Она не тратила времени зря и набросилась на него, прижав за запястья к земле и блокируя любые попытки вырваться и подняться на ноги.

Как же громко колотилось ее сердце! Гу Минь чувствовал, как оно бьется в кончиках пальцев Юй Хуа, которыми она держала его у земли.

— И что, это все? – насмешливо спросила ученица Цзытэн. – Может, попросишь Небеса тебе помочь?

— Нет надобности, – улыбнулся Гу Минь, смотря на нее, такую довольную и розовощекую. Пусть эта девочка такой и остается. – Ты победила. Я сдаюсь.

Юй Хуа откинула голову назад и звонко рассмеялась. Затем она поднялась на ноги и окинула взглядом ошеломленных учеников, учителей, старейшин и Люсина-цзунши.

Гу Минь, собравшись с силами, поднялся на ноги. Сначала он не мог найти слов, порядок которых тщательно запоминал немногим ранее. Слабость еще оставалась хозяйкой его тела, но чувство тошноты и звон в ушах ушли. Судя по всему, лекарство Люсина-цзунши имело короткий срок действия.

— Я не хочу этой помолвки. Для заклинательницы будет унизительно выйти за того, кого она победила в честном бою. Правильно я говорю, учитель, наставница Чжоу? В обществе заклинателей этого не потерпят.

Сказав это, юноша замер в уважительном поклоне перед старшими. Юй Хуа последовала его примеру и склонилась.

— Наставники, он говорит правду! Если не верите, что мне по силам победить Гу Миня в бою, то спросите слова Люсина-цзунши. Он, как гость, рассудит по справедливости.

Губы Гу Миня тронула еле заметная улыбка. Астролог никогда не признавал свои гадания абсолютно точными, но, несомненно, был гордецом. Что же он сделает сейчас?

Неожиданно раздался громкий треск!

Адепт Гу поднял голову – и увидел, как Люсин-цзунши сжал край своей меховой накидки так сильно, что ткань не выдержала и с треском разошлась по шву. Лицо мужчины было мертвенно-бледным, и лишь глаза, о, его страшные глаза расширились и пожелтели, как у совы, от невыразимой ярости.