Книга Ловя отражение Луны, страница 182 – Гвендолин Доу

Гу Миню о несчастливой судьбе его избранницы говорил Люсин-цзунши в прошлой жизни, предупреждая о том, что их связь может закончиться плачевно.

– Зачем тогда Небесам нужен этот союз, который принесет в мир не новую жизнь, а смерть матери и ребенка? – говорил еще совсем юный и неразумный Гу Минь.

– Нам не понять воли звезд, как не понять стремлений богов. Звезды принадлежат им. – Астролог тогда выложил монеты для гаданий в ряд, и юноша заметил, что каждая из них соответствует одной из прошлых династий – всего восемь монет.

– Значит, если я переживу все несчастья, которые только способен вынести смертный человек, – Гу Минь сглотнул, словно был готов расплакаться, – и вознесусь, то пойму их стремления?

Люсин-цзунши тогда вдруг тихо рассмеялся – звук был такой, словно у него в горле застряли тысячи зеркальных осколков. Он ничего не ответил, и юному заклинателю пришлось оставить разговор.

Гу Минь посмотрел в сторону палатки лекаря Сюэ, где находился пострадавший от яда Мо Ян. Прошло уже около двух палочек благовоний после его сражения с Цзюнь Лу. Тот после битвы довольно быстро восстановил поток ци и оправился от ушибов, чего нельзя было сказать о его гордости. Безмерно было его возмущение, юноша требовал повторного боя. Тогда Е Сюлань строго одернул ученика:

— Поражение надо тоже уметь принимать, Цзюнь Лу. Успокойся! Возмутительно и то, что ты применил такую опасную технику.

Гу Минь редко слышал, чтобы наставник Е повышал голос, и сейчас он привлекал внимание к школе Мулань. Цзюнь Лу стоял, низко опустив голову и крепко сжимая кулаки. Для него проигрыш в бою с неудачником вроде Мо Яна был подобен самой позорной смерти.

Он подрастет и поумнеет, – напомнил себе адепт Гу. События изменились с того момента, как Мо Ян принял участие в соревнованиях, и каждый день Гу Минь наблюдал, как хмурятся брови Люсина-цзунши во время гадания и утреннего чая, как появляются звезды-гостьи, которых в прошлой жизни не существовало, и как растет в его собственном сердце новое странное чувство.

Оно появилось неожиданно, а может, просто проявило себя совсем глупым образом. Гу Минь смеялся над очередной шуткой Мо Яна в момент, когда почувствовал его в груди. С каждым днем оно набирало цвет и вес, словно бутон пиона. Наконец, в некоторые моменты юноша едва мог дышать от распирающего ощущения внутри.

Была ли это надежда, чувство вновь обретенной юности?

Как, оказывается, много может испытывать человек, – удивился он себе, заметив, что постоянно обращается мыслями к самочувствию своего шисюна. Столько говорить о том, как он без усилий победит Цзюнь Лу…

— Молодой господин Гу, я вас искал, – прозвучал голос рядом. Обернувшись, Гу Минь увидел Астролога с деревянным подносом в руках.

Значит, это все равно произойдет? Юноша мысленно вздохнул и поклонился Астрологу.

— Люсин-цзунши.

— Передайте это Юй Хуа перед боем и выпейте сами, – мягко произнес мужчина, – это для укрепления сил, ведь вы уже достаточно сегодня сражались.

Гу Минь опустил взгляд на поднос с двумя чашами с целебным чаем. Одна была еще горячей. Люсин-цзунши использовал сопровождение Мо Яна как предлог изготовить средство. От черной чаши еле заметно поднимался пар.

— Я знаю, что вы не любите горячее, поэтому остудил отвар в белой чаше для вас, – сказал господин Люсин те самые слова, из-за которых Гу Минь в прошлом не раздумывая поверил в благие намерения мужчины. Сейчас же все было иначе.