Книга Последняя надежда Элиона, страница 20 – Алекс К. Уиллис

— Он… прекрасен, — пробормотал офицер сопровождения, и в его голосе прозвучала не гордость, а благоговение. Как перед произведением искусства. Или перед новым богом.

Кейрона чуть не вырвало.

Зал управления был кульминацией кошмара. Здесь, в рядах капсул, похожих на саркофаги, лежали первые добровольцы. Операторы. К их головам и позвоночникам были подключены пучки волоконно-оптических кабелей. Над каждым саркофагом висела голограмма — это был вид от первого лица их Рифта. Сейчас они проходили симуляцию.

На одном из экранов Рифт двигался по виртуальному лесу. Из-за деревьев выскочило существо — грубая, но явно разумная модель этэрианца, сработанная на основе зондирующих данных. Оно размахивало примитивным копьём и кричало (симуляция была полной). Кейрон ждал мгновенной, бездумной реакции. Но оператор замер на долю секунды. Рифт в симуляции тоже замер. Затем плавным, почти экономным движением выставил вперёд левую руку, блокируя удар копья, а правой, без выстрела, просто толкнул существо в грудь. Модель этэрианца отлетела, упала, поднялась и убежала.

— Оператор Тал-4, — раздался голос инструктора. — Почему не ликвидировал цель?

Голос оператора из капсулы прозвучал отстранённо, с лёгкой металлической примесью:
— Цель демонстрировала примитивную агрессию, но не представляла критической угрозы. Нейтрализация через физический отпор признана энергоэффективнее. Сохранение боезаряда.

Инструктор помолчал.
— Принято. Но помни: в реальной операции фактор неизвестности выше. Приоритет — гарантированная нейтрализация потенциальных угроз.

— Принято к сведению.

Кейрон затаил дыхание. Это было не то. Это не было слепым убийством. Это был… расчёт. Холодный, безэмоциональный, но расчёт. Оператор, даже с фильтрами, проявил некое подобие тактической целесообразности, которая не требовала немедленного убийства. Возможно, фильтры работали не так идеально, как хотелось Арбитру? Или это был тот самый «шум», о котором говорила Таэла, уже внедрённый её людьми?

Его надежда была разбита в следующем зале — зале боевого слалома. Здесь операторы в виртуальности сталкивались с десятками целей: убегающими, атакующими, прячущимися. И здесь реакция была иной. Чистой, отполированной эффективностью. Рифты стреляли сенсорно-прицельными импульсами (в реальности это было бы плазмой или кинетикой), поражая «цели» в голову, центр масс, конечности — в зависимости от того, что быстрее выводило их из строя. Движения были лишены даже намёка на колебания. Это был танец смерти, исполняемый с математической точностью.

На экране одного из операторов мелькнула модель детёныша этэрианца, прижавшегося к «телу» взрослого. Оператор не замедлился. Единый выстрел прошил обоих. В голограмме вспыхнули две красные метки поражения.

— Оператор Ксен-9. Двойное поражение. Очень эффективно, — одобрил голос инструктора. — Не трать импульс на вторичные цели, если первичная нейтрализована.

— Принято, — ответил металлический голос из капсулы.

Кейрон отвернулся. Он больше не мог смотреть.

На выходе с верфи его ждал Арбитр. Он стоял у огромного иллюминатора, за которым в чёрном бархате космоса висели ряды готовых, замерших в анабиозе Рифтов, пристёгнутых к внешней обшивке станции. Они были похожи на стаю спящих хищных птиц из металла и плоти.