Книга Последняя надежда Этэры, страница 121 – Алекс К. Уиллис

— ВПЕРЕД! НЕ ДАВАТЬ ИМ ПЕРЕГРУППИРОВАТЬСЯ! – её голос, хриплый от дыма и напряжения, резал оглушительную какофонию взрывов и трескотни энергетических винтовок.

Её бойцы, человек двадцать таких же изможденных повстанцев, шли за ней, укрываясь за обломками некогда величественных колонн. Каждый шаг вглубь плацдарма рифтов давался кровью. Фиолетовые сгустки энергии со свистом проносились мимо, оплавляя камень и металл. Один из её людей, юный парень по имени Элиан, не успел отпрыгнуть – от него осталось лишь черное пятно на полу.

Рея не оглядывалась. Она не могла себе этого позволить. Каждая смерть отзывалась в ней не просто болью, а леденящим холодом вины. Ещё один. Ещё один, кого я не смогла уберечь. Как не смогла уберечь их.

— Огневой вал! Прикрытие! – скомандовала она, и её бойцы дружным залпом отбросили группу стражей, пытавшихся зайти с фланга.

Она сама вскочила на груду щебня и дала длинную очередь из своего карабина по укрепленной позиции с автоматической пушкой. Трассирующие пули пробили щит, и пушка умолкла, но ответный огонь заставил её спрыгнуть вниз. Осколок камня рассек ей щеку, но она лишь резко провела по лицу рукавом, смазав кровь по грязи.

— ДЕРЖАТЬСЯ! – крикнула она, встречая глаза своего заместителя, старого солдата Горна. В его взгляде она видела тот же вопрос, что был и в её душе. Надолго ли нас хватит?

Именно тогда по внутренней связи раздался искаженный помехами, но узнаваемый голос Алисы: «Мы внутри. Проходим второй контур. Спасибо».

Рея не ответила. Она лишь сжала свой карабин так, что пальцы побелели. Они сделали это. Отряд-приманка сработал. Рифты бросили значительные силы на её группу, оголив тылы.

— Хорошо, – прошептала она сама себе. Затем, набрав полную грудь воздуха, закричала так, что её было слышно даже поверх грохота боя: – ТЕПЕРЬ ВЫ МОИ! ЗА ТАРН! ЗА ВСЕХ, КОГО МЫ ПОТЕРЯЛИ!

Её ярость, замешанная на отчаянии и чувстве долга, стала тем топливом, что заставило её людей подняться в свою последнюю, отчаянную атаку. Они больше не отвлекали огонь на себя. Они вцепились в горло врага, не позволяя ему обернуться и увидеть настоящую угрозу, пробирающуюся к самому сердцу цитадели. Каждая секунда этого боя, каждая пуля, каждый крик – всё это была цена, которую Рея платила за шанс других. За искупление.

Их мир сузился до адской симфонии из воя энергетических разрядов, лязга металла и оглушительного гудения, исходящего от самого сердца цитадели. База рифтов, расположенная в бывшем Планетарии Тарна, была уже не зданием, а чудовищным техно-органическим наростом. Стены из белого камня почернели и оплелись пульсирующими оранжево-красными жилами, по которым бежали потоки энергии. Купол был разворочен, и на его месте теперь зияла громадная, искрящаяся сфера из темного металла, испускающая низкочастотный гул, от которого дрожала земля и начинали кровоточить десны.

Войти внутрь было все равно, что шагнуть в глотку механическому Левиафану. Пахло чем-то химически-чужеродным. Огромный зал, где когда-то проецировались звезды, теперь был опутан паутиной энергопроводов и усеян странными, пульсирующими капсулами. Свет исходил только от мерцающих ламп на стенах.

— Засада… справа, за колоннами… их шестеро… ждут, когда мы пройдем дальше, – выдохнул Роман, прислонившись лбом к холодной металлической стене. Его лицо было мертвенно-бледным, а из носа текла струйка крови. Он работал на пределе, пропуская через себя ментальный хаос базы. Каждый вражеский импульс, каждая тень намерения отзывались в его мозгу раскаленным гвоздем. – И еще… сверху. На балконе. Снайпер.