Книга Демоны и сталь, страница 96 – Денис Бурмистров

В этом городе было неуютно, здесь не хотелось не то, чтобы жить, а даже оставаться дольше необходимого. Становилось ясно, зачем Ева ищет компанию, коль решила идти куда-то ночью. Но почему выбрала именно его, а не кого-то из взрослых?

— Спешите! Только два дня! Проездом из загадочной Империи Шингрей в холодную и суровую Кассарию! Феерическое и пугающее представление Ночного Бестиария доктора Брю! – донесся со стороны главного входа каркающий голос Лукана Такито. – Паренёк-наизнанку! Девочка-сколопендра! Ужасающий Паук Пустошей! Младенец без костей! А также, гвоздь программы – магический иллюзориум доктора Брю!

В Брастоке «кочевники» собирались дать большое выступление, и Улисс на сей раз не хотел ничего пропустить. Поэтому он заспешил обратно в лагерь, перелезая через связанные друг с другом телеги.

И здесь, возле дилижанса Фока, столкнулся с ожидающим его бестиадором.

— Где ты шляешься? – прогудел Малсун, хлопая мальчика по плечу. – Смотрю, старый скунс дает тебе слишком много свободы.

Улисс ящерицей вывернулся из-под огромной ладони, замер на безопасном расстоянии, пытаясь понять что здесь делает Малсун.

— Что смотришь? – бестиадор засунул пальцы за пояс и рассматривал мальчика, покачиваясь на пятках.

На Варре были черные широкие шаровары, заправленные в блестящие от жира сапоги. С плеч, обтягивая большой живот, ниспадала красная атласная рубаха с высокими кожаными манжетами, а за широким поясом торчал неизменный стек. Дополняла образ золотистая полумаска, грубоватая, но дорогая, которая совсем не сочеталась с багровыми обвисшими щеками и сизым мясистым носом.

Чтобы не провоцировать мужчину, Улисс отвел взгляд в сторону, пробубнил под нос:

— Ничего я не смотрю.

— А чего ты не такой смелый, когда к стенке прижали, а? – неприятно хохотнул Малсун.

Улисс ощутил, как у него начали трястись пальцы. Визит бестиария застал его врасплох, на мальчика вдруг нахлынула паника, сменившаяся ясным осознанием того, что сейчас будут бить, серьезно и сильно, как когда-то бил отчим. И не успеть ни сбежать, ни дотянуться до чего-нибудь тяжелого или острого.

Эх, сберечь хотя бы глаза и зубы!

— Гериус сказал, что ты сегодня можешь быть полезен, – вдруг сменил тему Малсун, и Улисс не сразу сообразил, что речь идет о хозяине цирка. – Хотя, как по мне, от блохастой хромой собаки проку было бы больше.

Он повел плечами, его губы неприязненно искривились.

— Пойдешь с моей падчерицей? – скорее подтвердил, чем спросил Вар. – Что ж, пусть так. Только вот я все равно тебе не доверяю, голодранец, что бы там кто ни говорил. И мое слово здесь тоже имеет вес, да поболе, чем заливистый понос всяких пришлых выскочек!

Последние слова бестиадор почти выкрикнул, будто старался адресовать их кому-то конкретно.

Улисс напряженно ждал, стараясь скрыть мелкую дрожь в руках.

Малсун приподнял одну губу, оскалив крупные желтые зубы, и не каждый смог бы распознать в этом оскале зловещую улыбку.

— Я хочу посмотреть, пацан, из какого ты теста, – протянул он. – Сейчас как раз самое время. Идём.

— Куда? – хрипло спросил мальчик.

— Куда я скажу, – прорычал бестиадор. – Видят боги, если ты этого не сделаешь, я лично притащу тебя к Гериусу и явлю им твою истинную гаденькую, трусливую сущность. А после переломаю все до единой косточки и брошу подыхать в ближайшей канаве!