Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 81 – Виолетта Вейл

— Кто дал тебе кристалл?

Элиана улыбнулась.

— Та, кто знает, как открыть престол.

— Имя.

— Скоро услышишь.

Она подняла окровавленную ладонь.

На пальце, под тонкой перчаткой, которую никто не заметил раньше, блеснул чёрный камень.

Ветта вздрогнула.

Тот самый.

Перстень из видения.

Рейнар крикнул:

— Назад!

Но Элиана уже коснулась чаши.

Синий свет взорвался.

Не наружу.

Вниз.

Под камень.

Земля под ногами дрогнула. Лечебница за спиной Ветты застонала. В лесу ответил далёкий гул — будто что-то огромное проснулось глубоко под Севером.

Чаша треснула.

Искра ребёнка исчезла из света и вернулась в Ветту резким горячим толчком.

Она вскрикнула и схватилась за живот.

Кайран подхватил её.

— Ветта!

Элиана отступала, смеясь.

— Наследник откликнулся. Этого достаточно.

Кайран поднял руку, но пустой лёд из чаши ударил между ними стеной синей мглы.

Когда мгла рассеялась, Элианы уже не было.

Только снег.

Следы крови.

И чёрный осколок кристалла на каменной плите.

Харвин стоял белее снега.

Грета медленно опустилась на колени перед треснувшей чашей.

А Ветта, держась за Кайрана, чувствовала, как под её сердцем бьётся ребёнок.

Живой.

Испуганный.

И уже услышанный тем, что спало под Севером.

После исчезновения Элианы снег стал чёрным.

Не весь — только там, где её кровь коснулась каменной плиты у ворот. Тонкие тёмные прожилки расползались по белому насту, как чернила по воде, и исчезали в трещинах земли. Ветта смотрела на них, не в силах отвести глаз.

Под Севером что-то проснулось.

Она чувствовала это.

Не громом. Не дрожью стен. Не явным движением земли.

Глубже.

Будто в самой крови появилась новая нота — низкая, древняя, почти неслышимая, но от неё ребёнок под сердцем тревожно замирал и снова бился теплом, напоминая: я здесь.

Кайран всё ещё держал её.

Одной рукой — за плечи, другой — осторожно, почти невесомо, поддерживал у локтя. Не сжимал. Не удерживал. Просто был рядом, пока она снова училась стоять на ногах.

— Дыши, — сказал он тихо.

Ветта моргнула.

— Я дышу.

— Нет.

Она вдруг поняла, что действительно задержала дыхание.

Вдох получился рваным. Мороз обжёг горло.

Кайран повернулся к Рейнару:

— Ребёнок?

— Сейчас проверю.

— Нет, — сказала Ветта.

Оба посмотрели на неё.

Она с трудом выпрямилась.

— Не здесь. Не перед ними.

Лорд Харвин стоял у треснувшей чаши суда крови, сжимая посох так, что костяшки побелели. Старейшины переговаривались вполголоса, но в их шёпоте уже не было прежней уверенности. Княгиня Грета не поднялась с колен. Её лицо, обычно безупречно холодное, впервые казалось старым.

Эта женщина видела правду.

И всё ещё пыталась понять, можно ли приказать правде замолчать.

Ветта медленно высвободилась из рук Кайрана. Он отпустил сразу, но остался рядом.

Харвин поднял голову.

— Леди Вейл…

— Нет, — перебила она.

Старейшина нахмурился.

— Что — нет?

— Не сейчас. Не ещё один вопрос. Не ещё одно решение совета. Не ещё один закон, который вы достанете из прошлого, чтобы объяснить, почему моё тело, мой ребёнок и моя кровь принадлежат всем, кроме меня.

По рядам кланов прошёл шорох.

Кайран не остановил её.

И именно это дало Ветте сил говорить дальше.

— Вы хотели суда крови. Вы его получили. Мой ребёнок — сын или дочь Кайрана Морозного. Моя кровь — кровь Вейл. Связь Элианы — ложь. А теперь я возвращаюсь в лечебницу, потому что после вашего древнего ритуала мне нужно убедиться, что мой ребёнок жив.