Книга После развода. Не зови, не вернусь, страница 25 – Галина Колоскова

Комок подступает к горлу. Он понимает меня и тоже видит опасность.

— Но есть одно «но», — продолжает он. — Тогда ты была товаром, а не хозяйкой процесса. Сейчас ты — мастер. Сама решаешь, что и как делать. Даже с этой выставкой.

— Но они хотят «проект»! Концепт! — восклицаю я.

— Вот и дай им проект. Только свой. Не тот, который они придумали… — Он делает широкий жест, включающий в себя кухню, окно в сыроварню, и тёмные очертания гор за окном. — Ты не просто камни обрабатываешь. Ты целый мир создала. Из сыра, из камня, из пыли, из тишины. Вот и покажи его. Не как красивые безделушки на бархате. А как процесс.

Его слова падают на благодатную почву. В голове проясняется. Почему нет? Почему я должна играть по их правилам? У меня теперь свои правила.

— Ты имеешь в виду… сделать выставку не только про украшения?

— Я имею в виду сделать выставку про Ларису. Про то, как из человеческого «брака» получается алмазная пыль. И как эта пыль потом превращается в нечто большее. Пригласи их сюда. Покажи процесс. Пусть в их стерильной галерее пахнет сывороткой и эпоксидкой.

Я начинаю улыбаться. Это уже не страшная, а захватывающая идея.

— Инсталляция… — медленно говорю я. — «Сырьё». Объединяющая сыр, камень, инструменты, видео с сыроварни, звуки…— чувствую, как округляются глаза. Если это ловушка Игоря — его ждёт огромный сюрприз! Потираю руки от предвкушения. — Данила, это гениально и безумно!

— Зато честно, — пожимает он плечами, но и в его глазах появляется искра азарта. — Я поддержу любой твой выбор. Но помни, ради чего ты всё это начала. Не ради аплодисментов в белом кубе. А ради себя.

Я подхожу к окну. За ним — темнота и редкие мерцающие звезды. Там, в Москве, сейчас, наверное, тоже горят огни. Но другие. Я принимаю решение. Не из страха и не из желания убежать обратно в уют. Из-за понимания, кто я есть.

Возвращаюсь к ноутбуку. Пишу ответ.

«Уважаемая Алиса, спасибо за предложение. Оно лестно. Но у меня есть условие. Я не хочу делать выставку украшений. Я хочу сделать тотальную инсталляцию «Сырьё». Привезти в Москву кусок своей реальности: процесс создания — от молока и камня до сыра и амулета. С запахами, звуками, материалами. Если вы готовы к такому диалогу — будем обсуждать. Если нет — я останусь здесь, в горах. С уважением, Лариса».

Замираю над кнопкой «отправить». Это риск. Они могут отказаться, посчитав меня сумасшедшей провинциалкой. И тогда… Усмехаюсь над собственной трусостью. Даже мысль о Москве делает меня слабой. Тогда, что? А тогда — ничего! Я останусь здесь. И всё будет как есть сейчас.

Нажимаю «отправить».

Письмо улетает. Я выдыхаю. Оборачиваюсь к Даниле.

— Всё. Отправила. Теперь ждать.

— Молодец! — он довольно улыбается. — Теперь ты не исполнитель, а соавтор. Или вообще автор. Так и должно быть!

Проходит три дня нервного ожидания. На четвёртый день приходит ответ. Длинный, взвешенный. Они пишут, что концепция «Сырьё» их «озадачила и заинтриговала». Что это «смелый и нестандартный ход». Что им нужно время обсудить всё с командой и спонсорами. Но что они «в принципе открыты к эксперименту».

Это не «да». Но это и не «нет». Это — диалог. На моих условиях.

Я показываю письмо Даниле. Он читает, а по лицу расплывается довольная улыбка.

— Ну, вот, видишь?! Твоя пыль уже режет. Самую твёрдую породу — арт-истеблишмент. Готовься, геолог! Теперь тебе не только камни шлифовать, но и ландшафты менять.