Книга Осколок рая, страница 80 – Крейг Дэвидсон

Колокол часовни зазвонил, возвещая, что служба закончилась. Люди начали беспорядочной толпой покидать церковь. Выглядели они так, будто видели прекрасный сон и только-только проснулись. Они шли молча, шаркая ботинками по половицам. Большинство из прихожан, даже женщины, носили одежду для работы в поле – комбинезоны и полукомбинезоны. Они заметили новоприбывших, но никто не остановился поздороваться. Всего здесь было около сорока обитателей коммуны. Среди них Эллен насчитала пятнадцать детей и подростков, включая тех четверых, что мучили землеройку. Самому старшему могло быть лет тринадцать, а младшему – не больше трех.

Реджи и Нейт пришли последними. Сердце Эллен заколотилось в бешеном ритме.

Она много лет не видела племянника, но помнила, что он был румяным и здоровым мальчишкой. Помнила, как этот энергичный ребенок безудержно носился по гостиной ее сестры, весело визжа, когда Шерри удавалось поймать его и защекотать.

Сейчас Нейт был бледным и осунувшимся, как будто к его телу присосался паразит, вытягивавший из него все соки. Он мог бы сниматься в телемарафоне по благотворительному сбору денег: такие дети обычно лежат на кровати, утыканные капельницами и трубками, и грустно смотрят на зрителей; после подобного зрелища остается только прослезиться и сделать пожертвование.

Его отец выглядел не лучше: кожа на шее Реджи обвисла, а под глазами набрякли серо-желтые, как старый синяк, мешки.

Реджи и Нейт встали в очередь за едой. Ни один из них не взглянул в сторону Эллен.

Мика вопросительно поднял брови: «Это они?» Эллен кивнула.

Преподобный пришел последним. Проповедь явно оживила его – он словно высосал жизненную силу из своих прихожан. Эймос Флешер двигался вдоль очереди, благословляя прихожан, пока не достиг ее начала.

«Отличный предлог, чтобы пройти вне очереди», – с горечью подумала Эллен.

Преподобный взял свою порцию – на изящной фарфоровой тарелке, отметила она, в то время как всем остальным тушеное мясо накладывали в зеленые пластиковые миски – и прошел к столу во главе помещения. У стола стоял только один стул.

Когда все расселись, преподобный встал. Прихожане последовали его примеру.

— Боже всемогущий, – провозгласил преподобный, – благодарю Тебя за Твою щедрость. Спасибо за этот хлеб, это мясо, это вино.

— О чем он? – Минерва прошептала так тихо, что только Эллен могла услышать. – Я не вижу никакого вина.

— Твое благодеяние, дорогой Господь, бесконечно. Без Тебя мы ничто. Ты питаешь и поддерживаешь все сущее. Ты даешь пищу всем творениям Твоим. Благословен Ты, Господи, питающий и орошающий Своих детей здесь, в Маленьком Раю. И благословен Твой глашатай, несущий Твое божественное слово до ушей Твоей паствы.

— Класс! – восхитилась Минерва.

— Аминь, – произнес преподобный Эймос Флешер.

— Аминь, – повторили прихожане.

— Аминь, – неловко сказала Эллен.

Мика и Минерва промолчали.

Во время трапезы воцарилась напряженная тишина. Говорили всего несколько человек, да и то шепотом. И почти никто не смотрел в сторону новоприбывших.

Эллен наблюдала за преподобным. Ел он довольно агрессивно: держал кусок хлеба рядом с лицом, но не подносил ко рту, а бросался на него, как хищная птица, откусывая кусочки.

— Сегодня у нас гости, – сказал преподобный, закончив клевать свою еду.