Книга Осколок рая, страница 196 – Крейг Дэвидсон

Он нашел подходящую палку и открыл дверь со стороны водителя. Один конец палки положил на педаль газа, а другой засунул под сиденье; двигатель заурчал. Эб проверил, насколько крепко держится палка, а затем зафиксировал рулевые рычаги, чтобы машина ехала прямо.

Снова затянувшись сигарой, Эб выпустил несколько колец дыма. Он давно уже не курил. И вот какого черта бросил? Прекрасная же привычка…

Он облизал губы. Во рту пересохло. Вся жизнь Эбенезера зависела от следующих пары минут. Хотя, черт возьми, разве бывает иначе? В жизни человека есть всего несколько действительно важных минут, влияющих на все его оставшееся время на этой земле.

Эти минуты привели его сюда. Большие часы в небе не переставали отсчитывать секунды наперекор судьбе.

— Удача благоволит храбрецам, – прошептал Эб. – Или сумасшедшим? В обоих случаях, Эбенезер, сын мой, у тебя есть все шансы.

Он включил передачу. Гусеничная машина рванулась вперед. Он перемахнул через переднюю панель и забрался в кузов. Повернул ручки на баллончиках огнемета и, услышав шипение, поджег зажигалкой сопло. Вспыхнуло маленькое голубое пламя, похожее на контрольную лампочку в печке. Эб закинул оружие за плечи.

Удерживая равновесие, пока машина с грохотом поднималась по склону, он привязал один конец веревки, пропущенной вокруг талии, к деревянной планке с левой стороны передней панели, а другой завязал узлом с правой стороны. Затем откинулся назад, проверяя самодельную обвязку. Он мог наклонять тело влево-вправо вдоль веревки достаточно далеко, чтобы дотянуться до оружия, если огнемет разрядится.

Эбенезер выпустил сигнальную ракету в деревья справа от себя. Она описала низкую дугу и с шипением упала в двухстах метрах впереди. Он перезарядил ружье и выпустил еще одну – по левую сторону. В их неровном свете он наконец разглядел между деревьями движение: нервно дергающиеся тела пересекали полосу мерцающего света.

Эб затянулся сигарой и размял шею, чтобы прочистить носовые пазухи. Сердце отбивало бешеный ритм, но руки почти не дрожали. Он убьет их всех, если получится, или умрет, уничтожив всех, до кого доберется. Они больше никогда не смогут напугать его.

«Правильно, – услышал он голос своей тети Хейзел. – Мой Эбенезер не какая-нибудь свинья».

— Впере-е-ед, соба-а-ачки-и-и, впере-е-е-ед^[21], – промурлыкал он.

Машина с грохотом преодолела подъем. Вдали замерцали огни Маленького Рая.

— Попробуйте достать меня, ублюдки!

Машина с грохотом пронеслась вперед. В поле зрения появился замерший у обочины грузовик: разбитое лобовое стекло, обезглавленное тело какого-то невезучего сукина сына, все еще лежавшее у заднего колеса. Ветер раздувал огонь ракет, и от этого они вспыхивали, ярче освещая лес.

Эти твари были там. Господи, теперь он мог их видеть. Одни большие, другие поменьше, все сгорбленные и уродливые. Эб посмотрел наверх, опасаясь, что кто-то из них может свалиться с неба – как тот, что оторвал ему ухо. Но нет, над головой никого не было, чудовища оставались на земле.

Машина уверенно приближалась к воротам – оставалось не больше ста метров. Лунный свет отражался от позолоченных букв «М» и «Р». Эб оглянулся. Его никто не преследовал. На самом деле Эбенезер не надеялся добраться до комплекса – думал, что его разорвут на куски задолго до того, как он достигнет ворот. Он даже с каким-то мазохистским удовольствием представлял, как гусеничная машина пробивает себе путь сквозь ворота, протащив его искалеченный труп прямо к дверям часовни, а затем и сквозь них. Но он каким-то чудом остался жив, и теперь нужно было действовать быстро.