Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 331 – Эмбер Николь

Винсент двигался с божественной скоростью, и Элианна вскрикнула, когда он появился у нее за спиной. Он схватил ее за плечи и спросил:

— И зачем ты крадешь документы?

— Я ухожу. Ты что, с ума сошел? Нисмера его боится. А кто не боится? Мы все знаем, что он в ярости, и эти бумаги помогут мне спрятаться, пока не закончится эта проклятая война. У меня нет никого, кроме меня самой.

Взгляд Винсента метнулся ко мне, и я поняла, о чем он подумал.

— Пойдешь с нами? – спросила я.

Элианна покачала головой.

— С вами? Зачем?

— Во-первых, у тебя гораздо больше информации, чем у нас, и во-вторых, нам нужны эти бумаги.

— Хорошо, а что я с этого получу? Не похоже, что вы двое можете обеспечить мою безопасность. Мы все слышали, что произошло в тех покоях.

— Камилла хочет вернуться к Дианне, – вмешался Винсент.

— Ты что, с ума сошла? – Элианна чуть не задохнулась от возмущения. – Она заживо проглотит нас за то, что мы сделали с Самкиэлем, даже если он еще дышит. Тогда нам лучше остаться с Нисмерой.

— Нет, – я взглянула на Винсента. – Я знаю Дианну. Назревает война, и она больше всего заботится о своей семье. Я не просто передаю ей информацию, но и предлагаю способ защитить их. Она поможет. Никто не пострадает. Я обещаю.

Элианна поднесла документы чуть ближе.

— Почему ты так в этом уверена?

— Потому что даже в самом подавленном, самом смертоносном состоянии она не убила меня, – сказала я. – И кроме того, у нас есть это.

Винсент распахнул плащ, обнажив спрятанный под ним медальон. Элианна широко раскрыла глаза.

— Как?

— Это не важно. Ты с нами или нет?

Элианна уставилась на нас, сжимая в руках бумаги.

— Винсент не пройдет дальше входной двери после всего, что он натворил. Я знаю это наверняка.

— Тогда, если он умрет, я тоже умру, но мы уходим, – сказала я, ободряюще улыбнувшись Винсенту. – Вместе или никак.

На его губах появилась легкая улыбка. Это были те же слова, которые я говорила раньше, и те же слова, которые он сказал мне, когда говорил о нашем плане.

Нижняя губа Элианны задрожала, и я увидела в ее глазах тоску по чему-то большему, чем заседания совета, смерть и разрушение. Она пожала плечами, насколько это было возможно под хваткой Винсента.

— Ладно, пускай. Мы все равно умрем, верно?

Она сказала это так спокойно, почти в шутку, но моя магия зашевелилась, словно воспринимая это как предзнаменование.

Стены были испепелены в тех местах, где их сожгла магия, тысячи кусочков металла были разбросаны вокруг. Последний стол с грохотом рухнул на пол, пока мои стражники обыскивали импровизированную лавку Киллиума. Я крутанула копьем, раздавив сапогом пепел, оставшийся от наемников. Остановившись, я развернулась, направив острие на Киллиума.

— Птичка напела мне, что ты сделал странное оружие для странного человека. Так скажи мне. Где же Судьба?

Киллиум рассмеялся, и из его зубов потекла бледная белая кровь.

— Думаешь, Судьбе нужно оружие?

Мой ботинок врезался ему в грудь. Я пинала его, пока не услышала хруст ломающейся кости, и он закричал.

Я откинула волосы назад, приглаживая их по бокам.

— Ответь на вопрос, или я украшу тобой эти стены. – Я схватила его за подбородок, заставив его посмотреть на пятно рядом. – Как я поступила со старой доброй Джаски.

— Ты уже забрала у меня все. Надеюсь, ты сгниешь.