Книга Сфинкс, дракон и девочка с птицей, страница 35 – Кэтрин Ранделл

Люди с виду кажутся очень простыми существами. Когда видишь, как человек чистит мандарин или поднимается по лестнице, невольно забываешь, что внутри у него спрятано бессмертие. Возьми человека за запястье, и у тебя в руке окажется частица безбрежной тоски.

Глядя Кристоферу в лицо, Аня подумала, что его тоска и надежда страшно заметны. У него была грязь на коже и кровь под ногтями, но в его глазах читалось – так ясно, словно он произнес это вслух, – что он что-то, а точнее, кого-то ищет. Кристофер отчаянно тосковал по Бессмертью, он хотел снова идти рядом с ней и разговаривать.

Жак некоторое время наблюдал за тем, как Аня рассматривает Кристофера. Потом зевнул так широко, что чуть не вывихнул челюсть, и звонко клацнул зубами.

— Ну, вы закончили со своими человечьими чувствами? Терпеть не могу, когда на меня не обращают внимания. Вы готовы лететь дальше, чтобы встретиться с Саркани?

— Возможно, – ответил Кристофер. – Но, Жак, мы ведь договорились, что поможем.

— Договорились. И помогли. Дальше принцесса действует сама.

— Но она не может вернуться на свой остров! Ее там убьют. Я вот подумал… Найтхэнд и Ириан. Ты не знаешь, где они сейчас?

Дракончик тяжело вздохнул:

— Представь себе, знаю. Берсерк и нереида на островке под названием Глимт. Я слышал об этом от рататосок.

— Аня, они тебе помогут, – сказал Кристофер. – Тебе и твоему папе.

— Не самый плохой вариант, – заметил дракончик. – Берсерк безумно вспыльчив, но эти двое станут хорошими друзьями всякому, кто остался один.

Его слова напугали Аню. Они никогда не оставалась одна – всегда, всегда рядом был папа, и чувство безопасности, и его быстрая улыбка. Да и сейчас она была не одна.

Девочка повернулась к Галлии:

— Как ты считаешь?

Старая птица задумалась.

— Я слышала об этой парочке. Если они дадут тебе приют на время, пока мы будем решать, как спасти твоего папу, надо ехать.

Аня подняла голову и увидела Наравиралу, спускающуюся к ним по склону. Ее рана еще не затянулась до конца, но уже не кровоточила.

— Значит, на Глимт, – решила она.

* * *

Но сначала нужно было попить. Наравирала отказалась от молока:

— Сфинксу нужна вода. – Она посмотрела на Аню. – Тебя тоже мучает жажда.

Она была права. Несмотря на молоко, Анино горло по-прежнему пылало. С того самого момента, как увели папу, ее обжигал каждый вздох.

— Следуй за мной.

Наравирала и Аня прошли каменистой тропой к источнику, из которого уже пил юный карбункул со светящейся шерсткой. Завидев их, он мгновенно исчез в подлеске.

— Вот.

Среди мхов из-под земли бил ключ, вокруг которого разлилось крошечное озерцо чистейшей воды. Сфинкс наклонила голову и принялась лакать.

— Теперь ты.

Аня присела на камень и стала пить, зачерпывая воду горстями. Она пила до тех пор, пока ее живот не стал тугим, как барабан, но горло продолжало пылать.

— Меня все равно мучает жажда, – сказала Аня. – Вода не помогает.

Наравирала кивнула мощной головой:

— Значит, это жажда не воды, а чего-то иного.

— Чего же?

— Правды. Справедливости. – Наравирала посмотрела девочке в лицо пронзительным взглядом. Увидела темные круги под глазами и блеск в самих глазах. – И еще чего-то более темного. Будь осторожна, дитя, не сожги свое сердце дотла. Тогда тебе не на что будет опереться в этой жизни, кроме обожженного шрама.