Книга Нефритовая лиса, страница 19 – Крис Велрайт

Ицин напряглась, собирая силы, чтобы выдержать его взгляд. Но она не могла избавиться от чувства, что этот мужчина для неё чужой и, возможно, опасный.

Ицин подняла голову, стараясь сохранять достоинство, хотя внутри всё дрожало от неуверенности.

— Ты изменился, — нарушила она напряжённое молчание.

— Ты тоже уже не та девчонка, которую я знал, — ответил он с лёгкой небрежностью, не убирая улыбки.

— Ты что-то хотел, брат?

— Заглянул к тебе, чтобы убедиться, что ты ещё не уморила себя голодом.

Он прошёл в комнату, медленно оглядываясь. В убранстве спальни чувствовалась женская рука: изящные шёлковые занавески мягко струились вдоль окон, тонкие фарфоровые статуэтки стояли на резном столике, а в углу на подушках дремал Желток. Лёгкий аромат жасмина витал в воздухе, но Чжэнь, казалось, не был впечатлён. Его взгляд лениво скользил по комнате, будто он видел перед собой не место, где живёт его сестра, а что-то совершенно чуждое. Ицин следила за его движениями, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения.

— Тогда ты напрасно пришёл, — резко ответила она. — Наши родители сделают всё, чтобы я дожила до того момента, как они отправят меня прочь из родного дома. На чужбину, замуж.

— Ну, разве замужество не предел мечтаний любой женщины? — его голос звучал так, будто он говорил очевидную истину. — Особенно если учесть, что ты сама приложила усилия, чтобы ускорить этот процесс. Даже выучила замечательную притчу, которая так понравилась отцу. Ты думала, что это принесёт тебе свободу?

Щёки Ицин мгновенно запылали от гнева. Она резко подняла голову, её голос звенел обидой:

— Моя притча была хорошей идеей. Просто у отца было плохое настроение. И я уверена, что не без твоей помощи. Я никогда не видела его таким раньше. Даже представить не могу, что с ним случилось.

Чжэнь пожал плечами, его лицо оставалось непроницаемым, а в глазах блеснуло нечто похожее на равнодушие.

— С ним случился возраст… и алкоголь, — произнёс он с холодной прямотой, словно говорил о чём-то тривиальном.

Ицин почувствовала, как её обуревает возмущение.

— Ты говоришь непочтительные вещи для сына.

Он слегка наклонил голову набок, как будто изучал её.

— А кто нас слышит? — ответил он с безразличной усмешкой.

Чжэнь, словно не замечая её напряжения, вальяжно устроился на одной из разбросанных подушек.

— Я пришёл не для того, чтобы ссориться, — произнёс он, опираясь на локоть. — Послушай, сестрёнка, пусть наши матери никогда не ладили, но нас с тобой это не касается.

— Но мы их дети, — заметила она.

Чжэнь усмехнулся, разглядывая её, словно младенца, который пытался возразить взрослому.

— Нам с тобой нечего делить. Я — сын, а ты — дочь. Что нас может рассорить? Или ты думаешь, что я собираюсь бороться с тобой за право выйти замуж за этого плешивого торгаша из Тивии?

В его словах слышалась издёвка, но взгляд оставался серьёзным.

— Но ты — сын, поэтому тебе везет с судьбой больше, чем мне, — сказала она с горечью. — Меня отправят в другую провинцию, отдадут этому…

— Престарелому уроду, — спокойно закончил Чжэнь, словно обсуждал погоду. — Я понимаю тебя, Ицин. На самом деле, мы с тобой очень похожи. Меня отправили во дворец, когда мне исполнилось девять. Думаешь, мне не было страшно? Конечно, я боялся. На мне висела огромная ответственность. Все видели во мне не просто мальчишку, приехавшего учиться, а наследника семьи Дзяо и, возможно, конкурента за тёплое место при правителе. Там всё намного серьёзнее. Ты это понимаешь?