Книга Нефритовая лиса, страница 126 – Крис Велрайт

— Пусти! — закричала Ицин, царапаясь, вырываясь, — Пусти меня! Мне надо к отцу! Вы не имеете права! Не смейте! НЕ СМЕЙТЕ!

— У тебя больше нет отца, — ответила Лотос холодно, и вместе с другой девушкой они оттащили её от двери, словно взбесившееся животное.

Ицин упала на пол, ударившись коленом о деревянный угол сундука. Девушки, действуя слаженно, подтащили её к матрасу постели и швырнули, как мешок с рисом.

— Не делай хуже себе, новенькая, — бросила вторая, отряхивая руки. — Чем быстрее ты поймёшь, где ты, тем меньше будет боли.

Хозяйка, не меняя выражения лица, подошла ближе. Глядя на Ицин сверху вниз, она едва заметно качнула головой:

— Заприте её. Пусть остынет.

Ицин осталась одна. Комната пахла пылью, тёплой женской кожей, дешёвыми духами и старым деревом. Сквозь занавески пробивался тусклый свет уличного фонаря.

Она лежала, сжимая в кулаке подол платья, и чувствовала себя выброшенной за пределы мира.

— Боги, как же ужасно ты выглядишь, — чужой женский голос вырвал Ицин из беспокойного сна.

Она приподнялась, всё ещё будто в тумане. Тело ныло, лицо было липким от слёз. Прошлая ночь была настоящий кошмар наяву: она пыталась выбраться в окно — но то оказалось крепко заколочено ставнями. Затем колотила в дверь, пока не стёрла ладони в кровь. Замок тоже не поддавался. Остаток ночи она проплакала, пока не провалилась в сон от изнеможения.

В проёме стояла девушка. Ицин узнала её не сразу. Это была та самая Белый Лотос, вчера — нарядная, раскрашенная, вызывающе грациозная. Но сейчас на ней было простое голубое платье, лицо — чистое, без косметики, волосы стянуты в простую ленту.

— Умойся, — сказала Белый Лотос и поставила на низкий столик таз с водой, рядом положила сложенное полотенце.

Ицин не двинулась. Лишь отвернулась, снова уткнувшись в подушку.

— Подруга, — протянула Белый Лотос, садясь на край постели. В её голосе прозвучало не насмешка, а терпение. — Тебе бы лучше побыстрее тут освоиться. Хозяйка выложила за тебя приличную сумму. Знаешь, что это значит?

Ицин резко поднялась с постели, глаза её полыхнули.

— Я тебе не подруга, — отрезала она. — Ты мне не ровня.

Белый Лотос улыбнулась. Не зло. Даже не снисходительно. Просто спокойно.

— Тут ты права. Ты здесь никто. А я — лучшая наложница в «Павильоне Цветущей Ночи».

— Но раз ты теперь одна из нас, — продолжила Белый Лотос, поправляя соскользнувшую с плеча прядь, — тебе предстоит понять, как тут всё устроено. Иначе… — она прищурилась, — иначе ты долго не протянешь.

Ицин смотрела на Белый Лотос, словно не могла поверить в услышанное. Слова с трудом складывались в смысл. Мир вокруг покачнулся, и будто стены комнаты, тесной и пропахшей чужими духами, начали нависать над ней, сдавливая грудь.

— Я не верю, — прошептала она. — Мой отец не мог. Он бы не…

Слова повисли в воздухе, оборванные на полпути. Голос её дрогнул, а внутри всё заклокотало. Неужели это правда? Её привезли сюда не по ошибке? И всё это время отец знал, куда отправляет собственную дочь?

— Речь шла о храме, — она с трудом выговорила слова, словно каждый слог был костью, застрявшей в горле. — Мне говорили, что я проклята… что я должна очиститься. Отец был рядом. Он молчал… он не мог…

— Да-да, — протянула Белый Лотос, закатывая глаза. Она подошла к чану с водой, обмакнула полотенце и с привычной грацией начала его выжимать. — Ты не первая, кто говорит, что должна была попасть в храм, замуж, в гости… Многие тут, знаешь ли, дочки богатых и уважаемых людей. И многие через это проходят. Кто-то шепчет про монастыри, кто-то про лечение в горах. В конце концов, неважно. Твоя реальность вот она — прямо перед тобой.