Книга Утерянный жемчуг, страница 9 – Крис Велрайт

Наступала ночная смена тех, кто работал в гостинице. Хозяйка брала на нее самых дерзких, страшных и боевых девушек. Несмотря на то, что ее заведение не допускало в свои стены нищих, плохо выглядящих или бандитов, мужчины все равно оставались мужчинами. Даже одетые в шелка и жемчуга, они могли приставать к работницам. Раньше Мэйлинь казалось, что образование и статус меняют людей, но теперь она точно знала, что если кого-то плохо воспитали, то никакие деньги и родословная не сделают из него человека.

Она сняла с веревок во внутреннем дворе высохшие простыни и отнесла корзину в подсобку, где сидела Суи, которая аккуратно складывала их в стопочки.

— Заступает ночная смена, – послышался голос хозяйки. Она заглядывала во все помещения, чтобы удостовериться, что работники справились со своими задачами и их можно отпускать домой.

Мэйлинь вдруг вспомнила, что так ничего и не узнала для капитана. Она даже не успела обдумать, как собирается это сделать. Стоит ли рассказать хозяйке или, может, вообще ничего не предпринимать и солгать, что ничего не получается выведать? Но что, если он и вправду отправит ее семью в тюрьму? Если он не найдет виновного, то точно укажет на нее. Ведь капитан человек Ведомства и, если не выполнит свою работу, его могут наказать. Вряд ли суду вообще интересно, кто на самом деле преступник: важнее быстро закрыть дело, чтобы не пошли слухи, будто нет никакой пользы от Ведомства. Да и весенние праздники уже на носу. Ведомство должно показать правителю, что город готов к шумному торжеству, а для этого не должно быть нераскрытых убийств: тем более, богатых горожан. А в том, что тот убитый мужчина явно не был простым человеком, Мэйлинь не сомневалась. Она помнила, как переливался шелк, впитывая кровь.

— Суи, – Мэйлинь закончила свою работу и присела рядом с подругой, чтобы помочь той быстрее управится с простынями, – как думаешь, кем был тот мужчина? Ты не спрашивала об этом у Жуяна?

Жуян служил в гостинице охранником у центрального входа. Он уже второй год ухаживал за Суи, но дальше их отношения не развивались. Мэйлинь неоднократно говорила подруге, что он вертихвост и просто тешит самолюбие, раз крадет у девушки ее ценные годы на простое ухаживание. Любой другой уважаемый мужчина давно бы сделал предложение. Но Суи всегда смеялась на ее слова и отмахивалась. Говорила, что он молод, откуда у него деньги на свадьбу? Родители Суи хотели, чтобы их дочь вышла замуж, как того требовали традиции: они давно уже собрали ей приданое и не намеревались отдавать какому-нибудь проходимцу с двумя медяками в суме.

— Могу спросить, если тебе интересно, – ответила Суи, – но вообще мы на встречах обычно говорим о других вещах. Она прищурилась и хитро улыбнулась. Мэйлинь нахмурилась, как поступают пожилые женщины, заслышав подобное.

— Все-то он голову тебе забивает глупостями. Ну вот сколько можно читать стихи под луной? Он, наверное, уже всех поэтов по пятому кругу процитировал.

— Он плохо умеет читать и потому сам их пишет для меня, – восторженно оправдала своего возлюбленного Суи.

— Лучше бы деньги зарабатывал, рифмоплет. Все другие мужчины ради семьи по ночам в порту груз таскают. Если бы он год так поработал, то и на свадьбу бы скопил.

— Ты прям как моя мать! То-то вы друг другу так нравитесь, она меня вечно потом пилит, что ты с умом в голове, а я с каштанами. Говорит, что когда смотрит на меня и на мои поступки, то слышит, как они стучат друг о дружку. – Суи в подтверждении своих слов замотала головой и выбила дробь пальцами о деревянный пол.