Книга Зодиак. По следам зла, страница 30 – Андрей Залевский

Эти слои ткани не могли остановить пулю, как современный кевлар, но они сработали как вязкий абсорбент. Каждый пройденный миллиметр спрессованной ткани гасил кинетическую энергию снаряда. Волокна тормозили вращение. Из-за сопротивления плотных свитеров свинцовая пуля начинала деформироваться, «раскрываться» и сплющиваться еще до того, как входила в плоть.

Когда снаряды наконец достигали тела Майкла, они уже теряли значительную часть своей разрушительной силы. Они пробивали кожу, рвали мышцы, причиняли невыносимую боль, но у них уже не хватало энергии, чтобы пробить грудину или глубоко проникнуть в жизненно важные органы. Пули, предназначенные для того, чтобы убивать на месте, застревали в поверхностных слоях тканей, запутанные в обрывках шерсти и хлопка, вбитых в раневые каналы.

Майкл был тяжело ранен. Кровь заливала его лицо из пробитой шеи, левая рука повисла плетью, но его сердце продолжало биться. Абсурдный доспех из комплексов спас его от мгновенной смерти.

Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась.

Наступила звенящая, ватная тишина контузии. Майкл лежал на пассажирском сиденье, задыхаясь от боли и порохового дыма. Рядом с ним, завалившись на руль, хрипела Дарлин.

Майкл скосил глаза. В свете фар он увидел, как крупный силуэт убийцы опустил пистолет. Мужчина не стал проверять пульс. Он не стал заглядывать в салон. С его точки зрения, после такого шквала огня в упор в живых не мог остаться никто. Он просто повернулся спиной к расстрелянному Corvair и неторопливо, тяжелой поступью направился к своей машине.

Его шаги снова заскрипели по асфальту.

Майкл находился в состоянии глубокого травматического шока. Адреналин заливал мозг, блокируя часть боли, но реальность распадалась на фрагменты. Он был жив, и инстинкт выживания требовал действий. Понимая, что убийца уходит, Майкл попытался пошевелиться, чтобы проверить Дарлин или попытаться выбраться.

Но его мышцы не слушались. Из горла, залитого кровью, вырвался низкий, сдавленный стон агонии. Дарлин, чьи легкие были пробиты, тоже издала громкий, булькающий звук, пытаясь вдохнуть воздух.

Эти звуки, не громче шелеста листьев, но отчетливые в ночной тишине парковки, долетели до человека, идущего к своей машине.

Шаги остановились.

Для Майкла этот момент стал высшей точкой чистого, дистиллированного ужаса. Он увидел, как тень на асфальте перестала удаляться. Он понял, что его стон выдал их. Они не умерли.

В поведении серийного убийцы часто есть элемент паники, когда план идет не так. Но в действиях этого человека не было ни суеты, ни страха быть пойманным. Он действовал как системный администратор, обнаруживший ошибку в коде, которую нужно хладнокровно исправить.

Шаги развернулись. Хруст подошв стал приближаться. Убийца возвращался.

Свет фонаря снова разрезал темноту, ударив в залитый кровью салон. Майкл, извиваясь на сиденье в своих тяжелых, пропитанных потом и кровью свитерах, инстинктивно попытался спрятаться, забиться в угол между сиденьем и полом, но пространства не было.

В окне снова появился темный силуэт. И снова — ствол девятимиллиметрового пистолета.

Майкл поднял ноги, пытаясь защититься, закрыться коленями от надвигающейся смерти.

Выстрел.

Пуля ударила Майкла в левое колено. И снова слои ткани — три пары плотных брюк — сыграли свою роль. Они погасили энергию пули ровно настолько, чтобы она не раздробила сустав в пыль и не разорвала бедренную артерию, что привело бы к смерти от кровопотери за несколько минут. Пуля застряла в бедре.