Книга Его зовут Тед, страница 71 – Андрей Залевский

Здесь, в кабине машины, он должен был снова почувствовать себя хозяином положения. Автомобиль всегда был его крепостью, его инструментом контроля. Но физическое истощение диктовало свои правила.

Тед Банди не спал нормально почти неделю. Его мозг, отравленный недостатком кислорода на высоте, гипотермией и углеводами из просроченных консервов, отказывался функционировать. Моторика была нарушена. Руки дрожали на руле, а перед глазами плыли темные пятна.

Он выехал на шоссе 82, намереваясь покинуть пределы округа Питкин. Была глубокая ночь. Трасса была пустой. Все, что ему нужно было сделать — это вести машину ровно, не привлекая внимания, и раствориться в темноте.

Но истощенный организм не справился с задачей. Глаза Банди слипались. Машина начала вилять по проезжей части, пересекая центральную линию, то ускоряясь, то замедляясь. Со стороны это выглядело так, словно за рулем находился в стельку пьяный водитель.

Именно этот неровный, подозрительный танец фар на пустой дороге привлек внимание двух помощников шерифа, патрулировавших трассу.

Для полицейских это была рутинная ситуация. Пьяный водитель, возвращающийся из бара. Они включили проблесковые маячки и сирену.

В августе 1975 года в Юте, когда сержант Хейворд остановил его «Жук», Банди пытался сбежать, погасив фары. Тогда он был полон сил, уверенности и высокомерия. Сейчас, в июне 1977 года, у него не осталось ничего.

Машина беглеца съехала на обочину и неуклюже остановилась. Офицеры подошли к автомобилю, держа руки на кобурах, ожидая увидеть пьяного подростка или заснувшего туриста.

То, что они увидели, заставило их замереть от изумления.

За рулем сидел человек, который выглядел как бездомный бродяга. От него исходил густой, тяжелый запах немытого тела, застарелого пота и гниющей ткани. Его лицо покрывала густая, грязная щетина, щеки впали, а глаза были абсолютно пустыми. Он даже не пытался тянуться за украденной винтовкой, которая лежала рядом. В нем не было ни капли агрессии, ни капли того дьявольского интеллекта, о котором трубили все газеты.

— Выйдите из машины, сэр, — приказал один из патрульных.

Человек за рулем медленно повернул голову. Он не стал придумывать оправдания. Он не стал изображать из себя студента, заблудившегося по пути из кинотеатра. Его психика и тело были сломлены шестью днями первобытного дискомфорта.

— Я Тед Банди, — прохрипел он слабым, сорванным голосом.

Патрульные не поверили своим ушам. Этот жалкий, воняющий, трясущийся от холода человек был самым разыскиваемым преступником Америки? Тем самым неуловимым хищником, поднявшим на ноги полицию нескольких штатов?

Банди вытащили из машины и прижали к капоту. Щелчок наручников в этот раз прозвучал не как приговор, а скорее как избавление. Он не сопротивлялся. Позже он признается, что в тот момент он был даже рад аресту, потому что это означало теплую камеру, горячую еду и медицинскую помощь для его ноющей лодыжки.

Национальное унижение полиции Колорадо было смыто столь же унизительным финалом для самого беглеца.

Холодный анализ поражения

Возвращение Теда Банди в окружную тюрьму стало сенсацией. Фотографии, облетевшие прессу на следующий день, окончательно разрушили миф о «гламурном маньяке». На них был запечатлен изможденный, заросший, хромающий человек в грязной одежде, которого конвоиры вели под руки.