Книга Его зовут Тед, страница 70 – Андрей Залевский

В эту ночь образ «гламурного маньяка» и гениального юриста умер. В лесу под бревном лежал не вершитель человеческих судеб, а жалкий, напуганный, окоченевший человек, скулящий от боли и холода. Нарциссизм, который толкал его на преступления и заставлял презирать полицию, разбился о ледяное равнодушие природы. Горы не испытывали к нему ни страха, ни уважения. Для них он был лишь куском теплого мяса, стремительно теряющим калории.

Иллюзия движения

На второй и третий день ситуация только ухудшилась. Банди полностью потерял ориентацию в пространстве. Без компаса и понимания топографии местности он совершал типичную ошибку неопытных выживальщиков — ходил кругами. Ему казалось, что он движется на юг, к городу Крестед-Бьютт, но на самом деле он петлял по извилистым ущельям, возвращаясь к собственным следам.

Голод начал сводить желудок судорогой. Его городской организм, привыкший к регулярному трехразовому питанию, стремительно сжигал остатки энергии. Обезвоживание вызывало головокружение и тошноту. Банди пытался есть снег и пить воду из ледяных ручьев, но это лишь усиливало внутренний холод.

Физические страдания усугублялись психологическим коллапсом. Социопату нужна аудитория. Ему нужно контролировать кого-то, чтобы чувствовать собственную значимость. Оставшись в абсолютном одиночестве, Банди оказался заперт наедине с собственными демонами. Его грандиозное эго требовало триумфа, а реальность предлагала лишь грязные руки, стертые в кровь ноги и панический животный страх.

К четвертому дню беглец превратился в ходячую тень. Его щеки ввалились, глаза лихорадочно блестели, дорогая стрижка превратилась в спутанный ком грязных волос, а элегантные брюки были изорваны о колючий кустарник.

Выйдя к району Касл-Крик, он наткнулся на пустующую туристическую хижину. Охотничьи и туристические домики в Колорадо часто оставляют на зиму, запирая лишь на простые замки. Для человека, который раньше вламывался в студенческие общежития ради удовлетворения своих садистских наклонностей, взлом деревянной двери стал актом жалкого, примитивного выживания.

Оказавшись внутри, Банди жадно набросился на найденные объедки. Он нашел старые банки с консервированным супом, крекеры и несколько одеял. Там же он обнаружил старую винтовку, которую решил взять с собой — не для того, чтобы охотиться (он не умел этого делать), а из параноидального страха перед преследователями и дикими животными.

Но даже еда и краденое пальто не могли спасти его положение. Его нога распухла до такой степени, что он не мог зашнуровать ботинок. Инфекция и воспаление истощали его силы. Он проспал в хижине почти сутки, но пробуждение не принесло облегчения. Он понял страшную истину: он не сможет перейти через горы. Его план был обречен с самого начала. Природа победила его.

Капкан истощения

К шестому дню, 13 июня 1977 года, отчаявшемуся беглецу не оставалось ничего другого, кроме как признать свое поражение перед диким лесом. Движимый уже не расчетом, а мучительной потребностью в тепле и цивилизации, он начал хромать обратно вниз, в сторону Аспена — туда, откуда он так дерзко сбежал.

На окраине города, недалеко от гольф-клуба, он обнаружил автомобиль, ключи от которого, по беспечной привычке местных жителей, были оставлены в замке зажигания (по другим данным, он смог завести его с помощью проводов). Это был шанс на спасение. Банди забрался на водительское сиденье.