Книга Янтарное лето, страница 56 – Мидзуки Цудзимура

До этого случая Норико казалось, будто религиозные группы только и стремятся заполучить все денежки последователей.

После беседы с братом супруги Араи Норико ожидала, что «Общество колеса» что-нибудь предпримет. Но они так ничего и не сказали, и дело о наследстве благополучно разрешилось.

В ходе переговоров она выяснила, что учение «Общества колеса» включало следующий пункт – верующие должны полностью отказаться от мирских желаний и денег. Неизвестно, насколько точно они следовали этому указанию, но, возможно, брат госпожи Арая отказался от наследства именно из этих убеждений.

Норико навещала его в жилом комплексе «Общества колеса», старом здании с потрескавшимися стенами, и, когда он уже уходил, она глядела ему вслед не в силах вымолвить ни слова. До самого конца супруги Арая так и не пожелали встретиться с ним лично.

— Тогда я лишь немного помогла вам, только и всего. Да и не то чтобы «Общество колеса» было настолько замешано в том деле.

— Все равно у вас обоих, получается, есть опыт взаимодействия с подобными организациями. Ну что, встретитесь с Ёсидзуми? Я вас представлю.

— Погодите-ка… – произнесла Норико.

Ни контора Ямагами, ни Норико в частности на этом не специализировались. У каждой юридической фирмы есть своя определенная сфера интересов. Некоторые занимаются новыми религиозными течениями, и частенько берутся за дела, связанные с уходом родственников в секты или требованиями вернуть имущество, пожертвованное на нужды таких сообществ.

Честно говоря, даже в случае с семейством Арая ей пришлось проконсультироваться с коллегами, которые разбирались в этих вопросах. Не то чтобы у нее совсем не было на примете подходящих специалистов.

Нужно предложить господину Ёсидзуми другие варианты и отправить его туда…

Так она решила в ту секунду. Именно это пришло ей в голову.

— Поняла, – почему-то вдруг вырвалось у нее вместо этого. – Я вас поняла. Дайте ему мои контакты.

* * *

Супруги Ёсидзуми, ожидавшие в приемной, оказались небольшого роста.

Чем-то они напоминали маленьких птичек, рисовок или канареек, сложивших крылышки и тесно прильнувших друг к другу на насесте. Оба седые, он – в белой рубашке, она – в белой блузке, и это делало их еще больше похожими на птиц.

Таканобу и Киёко Ёсидзуми. Восемьдесят семь и восемьдесят пять лет.

— Я с самого начала говорил, что от места, в названии которого есть слово «будущее», ничего хорошего не жди, – сказал Таканобу.

Норико с Ямагами молча его слушали.

Таканобу, в очках с толстыми стеклами и темной оправой, со слуховым аппаратом, несмотря на преклонный возраст, выглядел весьма опрятно – эдакий бывший сотрудник престижной торговой компании, все еще не утративший лоска. Незадолго до ухода на пенсию он обратился в строительную фирму Араи, чтобы те помогли ему привести в порядок дом, – так они и сдружились.

Сидевшая рядом Киёко, его жена, тоже ни в чем не уступала Таканобу. До самого порога их офиса она прикрывалась от солнца зонтиком в цветочек, но стоило ей сесть, как она церемонно извинилась и, пока несли чай, изящным движением сложила его и убрала в сумку. Теперь, немного склонив голову и сжимая ручку сумки, она внимательно слушала, что говорит муж.

— «Будущее» – такое пафосное слово. Люди и учреждения, которые не просто используют его в наименованиях, но и делают вид, будто могут кого-то чему-то научить, не вызывают у меня доверия. Когда я сказал Ясуми, что «Школой будущего» могут позволить себе называться лишь компании по разработке экологически чистых источников энергии и новых технологий, мы страшно поругались.