Книга Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти, страница 93 – Олег Рой, Сергей Давиденко

Курт не стал продолжать спор. Помолчав, он заговорил вполголоса:

— Наверное, я излишне мнителен. Но позволь я расскажу тебе один трагический эпизод, который имеет непосредственное отношение к нашей теме. Я достоверно знаю об одном случае, когда тайной полицией была задержана молодая женщина, у которой был маленький сын. Она отрицала свою вину, невзирая на улики, жестокие побои и истязания. И тогда гестапо прибегло к радикальному методу — они привели в камеру ее сына и приставили к его виску пистолет. Ты можешь себе представить состояние бедной матери, когда она это увидела? Она бросилась на колени, обещая во всем признаться. Эти нелюди добились своего. Но это никак не помогло арестованной, ее расстреляли, как предательницу германского народа.

— А ребенок? — глухо спросила Маргарита.

— О мальчике мне ничего неизвестно.

— Курт, нам остается только набраться терпения и ждать, — произнесла она, подходя к мужу. — Сейчас от нас с тобой все равно ничего не зависит!

— Мы можем попробовать уехать, — предложил Курт, но голос его звучал неуверенно.

Маргарита покачала головой:

— Нельзя вот так все бросить и уехать. На нас рассчитывают люди, которым мы помогаем. Здесь у тебя официальная работа, мы на легальном положении. Если, как ты говоришь, мы должны исчезнуть, нам нужны новые документы. Мы в чужой стране, кто нам их сделает? И куда ехать? В СССР?

— Нет, в Советский Союз ехать нельзя. Сейчас идет война, пересечь границу будет чрезвычайно сложно.

— Тогда что остается? Венгрия? Тоже не подходит, это государство на стороне Гитлера.

— Можно в Болгарию, — после паузы сказал Курт. — Во всяком случае, эта страна сохраняет нейтралитет.

Маргарита лишь вздохнула, а он продолжил:

— И еще. Нужно попытаться сообщить об этом в Центр. Я знаю, что сейчас у нас нет связи, но нам нужно что-то придумать! Вдруг в Москве до сих пор ничего не знают и пытаются восстановить связь с Ильзе? Полагаю, что гестапо, скорее всего, будет держать в тайне арест Альты.

— Давай успокоимся, дорогой, — мягко сказала Маргарита. — И выпьем чаю. Я принесла медовые пирожные.

Курт криво улыбнулся и ответил:

— Пирожные — это замечательно. Но сейчас мне кусок в горло не полезет. Я бы лучше сейчас выпил чего-нибудь покрепче.

Она пожала плечами.

— У нас осталось немного шнапса.

Курт отправился на кухню, и Маргарита двинулась за ним. Глаза женщины округлились, когда вместо бутылки со шнапсом, хранившейся на верхней полке, ее муж достал завернутый в тряпку револьвер.

— Зачем тебе это? — выдавила она.

— Так, просто проверить, — спокойно проговорил Курт, с щелчком отбрасывая барабан. Убедившись, что все гнезда заполнены патронами, он вернул барабан на место. — Любимая, я не хочу тебя пугать, но я не позволю гестапо надеть на себя наручники, — промолвил Курт. — Если за нами придут, я не дамся им живым.

Маргарита молча обняла мужа.

— Все будет хорошо, дорогой, — прошептала она.

Тем временем волны новых арестов членов «Красной капеллы» накатывали одна за другой, без остановки. В течение недели было задержано порядка тридцати человек, и эта цифра постоянно росла. В октябре 1942 года, когда Ильзе Штебе уже находилась в тюрьме, число арестованных перевалило за сотню, и это было только в Берлине!