Книга Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти, страница 70 – Олег Рой, Сергей Давиденко

Собственно, и причин горевать у него не было. В Женеве Шелия провел несколько важных встреч, о чем подготовил соответствующий отчет Риббентропу. Он также посетил некоторые производственные объединения с целью последующего заключения договоров о сотрудничестве.

Домой Шелия возвращался с подарком, врученным ему директором железнодорожного концерна, — саблей, выкованной из рессорной стали по специальному заказу.

В Берлине дипломата ждал прекрасно обставленный особняк, в котором он пару месяцев назад справил новоселье, на работе — уютный кабинет в секретном бюро министра иностранных дел.

Беспокоило Шелия лишь одно — внезапное исчезновение Ильзе Штебе. Эта обаятельная и умная женщина была его дополнительным и, по сути, важнейшим источником дохода. Она работала на британскую разведку и оплачивала сведения, касающиеся внешней политики и военных планов Германии, которые добывал для нее Шелия. И хотя эта работа была сопряжена с большим риском, дипломат успел убедиться, что при соблюдении нехитрых правил конспирации овчинка стоила выделки.

Но теперь Ильзе куда-то пропала, и вот уже больше месяца от нее нет никаких известий. Шелия пробовал звонить ей на домашний телефон, где Ильзе снимала квартиру, но трубку никто не брал. Общих знакомых у него со Штебе не было, разве что его тезка Рудольф Гернштадт, но тот давно покинул Германию, и никаких контактов с ним у Шелия не было.

Он озабоченно потер подбородок.

Дипломату даже в голову не могло прийти, что, пока он находился в Женеве, Ильзе уже давно находилась в тюрьме гестапо, подвергаясь нечеловеческим пыткам. Как не знал он и о том, что кольцо вокруг него тоже стремительно сжималось, лишая его какого-либо шанса на спасение.

Поезд в Базель прибыл по расписанию, и Шелия, закурив сигару, вышел на перрон. Выпуская изо рта колечки дыма, он не замечал, как в его сторону быстро шагал человек в неприметной одежде. С другой стороны к дипломату приближались двое полицейских.

Его окружили, когда он бросил недокуренную сигару в урну, и лишь тогда на его холеном лице появилось недоумение.

— Рудольф фон Шелия? — негромким голосом осведомился мужчина в штатском.

— Да, — протянул дипломат и покосился на полицейских. — Первый секретарь в Министерстве иностранных дел. С кем имею честь?

— Моя фамилия Панцингер, начальник следственного отдела гестапо.

При упоминании гестапо лицо Шелия вытянулось, на щеках проступила бледность.

— Вы, вероятно, не расслышали, когда я представился? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал как обычно — уверенно и даже высокомерно. — Вы не ошиблись адресом, герр Панцингер?

— Вовсе нет. — Гестаповец одарил дипломата холодной улыбкой, от которой Шелия захотелось сжаться в комок и исчезнуть. — Пожалуйста, передайте полицейскому вашу саблю и следуйте за мной.

Видя, что Шелия не тронулся с места, Панцингер придвинулся ближе и, сверля его обжигающим взглядом, прошипел:

— Не заставляйте меня укладывать вас лицом на асфальт и заковывать руки. Вы же не хотите испачкать свой роскошный костюм из шелка?

Шелия растерянно замотал головой.

Нет, конечно, он не хотел испачкать этот прекрасный синий костюм, он всегда ему нравился… Но еще больше Рудольф не хотел идти с этим человеком из гестапо, у которого такой жуткий взгляд. При разговоре с Панцингером Шелия казалось, что на него смотрит огромный паук, висящий на паутине. Одно движение, и жертва превратится в сплошной кокон.