Книга Серебряный змей в корнях сосны 3, страница 54 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Кента услышал за спиной шорох ткани – это Хизаши вернулся в дом. Пристыженные люди, пряча глаза, тоже начали расходиться, и как только ушел последний, Кента устало провел ладонью по лбу.

— За что они так? – спросил он тихо. Самый страшный его кошмар сбылся, но вместо ужаса он испытывал лишь опустошение и, как ни странно, облегчение.

— Им всего лишь стыдно, а стыд порой толкает на глупые поступки, – ответила мама. – Прости их.

Кента прислушался к себе и заметил еще одну удивительную вещь – он не обижался. Просто не понимал.

Солнце уже поднялось над вершинами деревьев, и пора было выдвигаться в путь. Чоу решили оставить, потому что Хизаши наотрез отказался снова ехать за спиной Кенты, а лишней лошади в деревне не нашлось. Да, Кенте не привыкать, он уже проходил этот путь пешком, пройдет и еще раз. Только теперь их цель – управление Дзисин, которое должно находиться меньше чем в двух днях пути отсюда. Там они поспрашивают насчёт загадочной или загадочного Сотомичи и отправят весточку в школу, если придется задержаться. Кента готов был к последствиям, если ему велят вернуться, а он не подчинится, но Мацумото он об этом пока не говорил. Школа обрела для Кенты важность, как только перестала быть местом и стала людьми, но семья превыше всего, и без отца Кента ни домой, ни в Дзисин не вернется.

— Не очень-то у тебя дружелюбные соседи, – не выдержал Хизаши, едва они вышли за ворота деревни. – Кажется, ты им не нравишься.

Кента пожал плечами.

— У них есть право любить или не любить меня. Но нет права осуждать.

— Такой Куматани Кента гораздо лучше, – похвалил Хизаши. – Давно бы уже перестал взваливать на себя вину за все беды мира.

— Я должен поблагодарить тебя. – Кента остановился и повернулся к Хизаши. – Ты снова во всем был прав, и лишь я не желал замечать очевидного. Я очень хочу стать достойным человеком в твоих глазах, если позволишь и дальше быть рядом.

Мацумото медленно моргнул. Они стояли в тени деревьев, откуда ещё была видна Цукикава, но уже казалась лишь неровным темным силуэтом на фоне прозрачно голубого неба. В прикосновениях ветра угадывалась осенняя свежесть, но милостивая богиня Аматэрасу, жалея людей, продолжала дарить по-летнему яркие солнечные лучи.

Кента смотрел на Хизаши не в ожидании ответа – выражение лица друга, пусть и мимолетное, уже им стало.

— Тебе больше заняться нечем? – наконец проворчал Мацумото, кутаясь в хаори. – Почему ты постоянно несешь какую-то чушь?

Он пошел дальше по дороге, быстро вырвавшись вперёд, однако Кенте было ясно, что его ворчание ничего не стоит, и на самом деле за щетинистым обликом скрывается добрая душа. Она ведь есть у всех, даже у хэби.

Кента догнал его и немного помолчал, присматриваясь к окрестностям.

— Сдается мне, придется снова пройти через древнее кладбище, – сказал он и поежился. Воспоминания о ночи, проведённой там, всё еще вызывала озноб. Ладонь легла на рукоять меча, и от него вверх по руке распространилось успокаивающее тепло. Има поддерживала хозяина, как умела.

— Древнее кладбище? – заинтересовался Хизаши.

— Говорят, ему лет двести. Случилась какая-то беда, и все жители поселения исчезли без следа, даже названия не сохранилось. Но это местная легенда, не думаю, что все было настолько загадочно.