Книга Белое море, страница 76 – Анна Левин

— Надо же, сам Круторогов, и такой приятный собеседник! А как он с нами почтительно обходился! Кто бы мог подумать.

— Вы же видели его в Академии.

— Тогда я была слишком зла, и едва осознавала, кто передо мной. Когда дело касается ребенка — любая мать превращается в фурию.

Ее слова вызвали во мне такую волну нежности, что я едва удержалась от объятий. Все-таки в таком месте стоит блюсти правила приличия, чтобы не вызвать насмешек, и, уже лежа в постели, я подумала, что будь мы все либо людьми, либо драконами, без деления на расы и без предубеждений, Матильда могла бы стать идеальной матерью для меня, и женой — для Круторогова.

На следующее утро все повторилось, только за завтраком, и ближе к семи часам отец помог нам устроиться в экипаже, пригласив посетить его столичную резиденцию. Пока опекунша судорожно ломала пальцы, я устало откинулась на подушки, и разглядывала вереницу экипажей за окном. Теперь мы ехали по главной дороге, ведущей в столицу, и двигались куда медленнее.

— Элиф, — окликнула меня Матильда, — глянь на тени. Это драконы!

Я присмотрелась к двигающимся по земле силуэтам, и подняла взгляд к небу. Действительно, это были драконы всех мастей: черные, коричневые, стальные, зеленые, красноватые. Изящные, монументальные, гибкие, тонкие. Они все летели в одном направлении, и мои руки снова затряслись от дикого волнения, желания оказаться среди них. Зрение обострилось, выхватывая то крепко сбитые чешуйки, то роскошные гребни, то когтистые лапы.

— Удивительное зрелище, не правда ли? У нас такого и не увидишь! Жаль только, что не все драконы решили добираться в столицу подобным образом, — хмыкнула опекунша, глядя на медленно продвигающиеся экипажи.

— К сожалению, вы правы, — неожиданно ответила сопровождающая нас драконица. — Все больше и больше семей предпочитают покупать экипажи, и путешествовать с комфортом, в окружении родственников, друзей, прислуги. Они общаются, едят, веселятся, что в целом непредосудительно, однако это ведет к упадку культуры дальних перелетов, что плохо и даже опасно. Нелетающий дракон — это и вовсе не дракон.

А ведь я уже слышала подобные речи…

— Мой преподаватель господин Расколов упоминал об этой проблеме.

— Конечно, сударыня, кому как не ему об этом знать! Господин Расколов — известный защитник традиционных ценностей, только за счет его усилий нынешнее поколение драконов еще не разленилось в край.

— Однако технический прогресс дал нам многое! — возразила опекунша.

— Во всем нужна мера. Излишние старания приводят к беспечности, лени, деградации. Чем больше ученые изобретают — тем больше упрощается жизнь, но разве она должна быть такой простой? Поймите, наша физиология предполагает полеты, трансформацию, а из-за новшеств вроде экипажей драконы регрессируют, становятся праздными, и ослабевают. Смотреть на это так грустно!

Я понимала ее чувства, и при виде стольких драконов в небесах я и сама многое была готова отдать, лишь бы взмыть, как они!

Еще несколько часов мы провели в дороге, и ближе к пяти часам наконец-то впереди замаячил силуэт города. За последние годы его население разрослось до шести миллионов, поэтому он достраивался, и расползался на всю округу: то, что когда-то было пустырями и крохотными деревеньками, стало частью столицы. Вот и теперь, проехав мимо незащищенной части, мы остановились у огромных размеров ворот, через которые мог бы пройти и дракон. Историческую часть города защищала надежная ограда, поэтому у каждых ворот всегда скапливалась очередь. Отстояв больше часа, мы наконец-то въехали в столицу.