Книга Завет Влюбленных, страница 101 – Софья Хейдекраут

Выдержав паузу, Нигма грациозно, как хищница, готовящаяся к прыжку, сделала шаг вперёд, нарушая тягостную тишину мелодичным голосом, что прозвучал в зале ударом хлыста.

— Добрый день, Старейшины, — произнесла она с нарочитой вежливостью, вкладывая в каждое слово яд и насмешку. — Надеюсь, моё скромное присутствие не слишком омрачит ваше столь… важное собрание.

Она обвела взглядом собравшихся, задерживаясь на каждом лице, пытаясь прочитать мысли, разгадать тайны. Встретившись взглядом с Арвеном, Нигма слегка склонила голову в знак приветствия, и в её глазах промелькнул едва заметный огонёк, как намёк на некую тайную договорённость.

Её появление стало неожиданностью, точно в размеренную симфонию вплели диссонирующую ноту. Она, воплощение порока, пришла предлагать помощь, как демон, протягивающий руку падшему ангелу.

— Ты всё же пришла, — произнесла Морша, констатируя неизбежное.

Кьеран невольно вздрогнул, вновь поражаясь проницательности богини. Значит, не один Арвен был в курсе её визита. В голосе Морши, холодном и бесстрастном, было невозможно различить: раздосадована она или, напротив, рада. В конце концов, каждому в этом зале было известно, что Нигма Дуате — доверенное лицо Альентарского Лорда Хаоса, коварная ведьма, чья лояльность оставалась под вопросом. Пускай всё ещё юная, Нигма уже успела стать для многих костью в горле, не дающей дышать. И училась она быстро, впитывая знания, как губка воду, превосходя в этом даже самых опытных магов. После событий, произошедших сто двадцать два года назад, всему Ордену пришлось быстро учиться, адаптироваться к новой реальности, где тьма стала сильнее света. А Иварт, как известно, всегда делает ставку на свежую кровь, на тех, кто готов пойти на всё ради достижения цели, — так говорила ей Верховная когда-то, то ли успокаивая, то ли угрожая, напоминая о её шатком положении. С наставниками ей однозначно повезло, она выросла в теплице знаний и коварства.

— Я готова снять барьер, чтобы вы могли проникнуть в поместье, — выпалила Нигма, как отрубила. Любезности, учтивость — это не её стиль. Да и забывать о том, кто перед ней сидит, — о богине и Верховном, — не стоило. Она знала, с кем имеет дело, и была готова играть по их правилам. — Два дня вам достаточно?

— Более чем достаточно, — ответила Морша; её голос, как всегда, был лишён всякой эмоциональной окраски.

Нигма сложила руки за спиной, принимая вызывающую позу. Её одеяние, сшитое из плотной ткани цвета черешни, украшенное чёрными вставками, более походило на военную форму, подчёркивая хрупкую фигуру и придавая ей воинственный вид. И, вопреки всей своей любви к свободе и бунтарскому духу, Нигме эти одежды нравились больше обычных, вычурных облачений. Но надевать их удавалось редко, поскольку доверенное лицо Иварта — скорее шпион и разведчик, нежели тот, кто всегда стоит за его спиной, принимая парады и раздавая указания. Она была его глазами и ушами, его руками во тьме.

Арвен откинулся на спинку кресла, утопая в его глубине, и задумчиво потёр подбородок, пытаясь разгадать сложный ребус. Шрамы, покрывающие его лицо, в какой-то миг стали заметнее, проступили ярче, как карта сложного, извилистого, но пройденного пути, рассказывая истории о битвах и потерях. Нигма почувствовала, как бессознательно перенимает эти черты, как и многие другие альентарцы, сражающиеся под знаменем Ордена, впитывая их манеры, жесты, взгляды. Но она всё же стояла немногим ближе к краю, впитывала в себя немногим больше.