Книга Искра. Чужая земля, страница 132 – Ирина Савицкая

Лева бежал рядом.

Сначала Алиса не замечала ничего странного — просто кот бежит, как всегда бежал, обгоняя сани, возвращаясь, проверяя дорогу. Но потом она присмотрелась.

Силуэт его двоился.

Один миг — кот. Серый, пушистый, с белым пятном на груди. Другой миг — волк. Огромный, серый, с горящими зелеными глазами. А иногда — между — нечто среднее, тень, перетекающая из одной формы в другую, как вода перетекает из кувшина в кувшин.

— Лева? — позвала Алиса шепотом.

Кот обернулся на бегу. И на мгновение ей показалось, что в его глазах — не просто кошачья душа, а что-то большее. Древнее. Сильное. То, что спало в нем все эти месяцы — и вот начало просыпаться.

Посох в руках Алисы нагрелся. Сильнее, чем обычно. Пульсация его стала чаще, ритмичнее, будто он тоже чувствовал — грядет.

— Ты меняешься, — сказала она, и голос ее дрогнул. — Из-за меня? Из-за посоха?

Лева не ответил. Просто бежал дальше, и тени за ним тянулись длиннее, чем положено, и в этих тенях угадывались очертания зверя — не кота, не волка, а чего-то третьего, что было и тем, и другим одновременно.

Алиса сжала посох крепче.

Она вспомнила слова хранителей в крипте: «Он — хранитель. Тот, кто пришел с тобой. Из другого мира». И слова Велены во сне: «Он всегда был тем, кто охраняет. Просто теперь ты видишь его суть».

Вот оно. Суть.

Лева не просто кот. Он — зверь-хранитель, связанный с ней, с ее силой, с ее выбором. И чем сильнее становилась она, тем больше просыпался он.

— Ты справишься? — спросила она, глядя, как его силуэт снова двоится, переливается, дышит магией.

Лева обернулся. В его глазах — то желтых, то зеленых, то горящих тем самым древним огнем — она прочла ответ. Короткий, ясный, не требующий слов.

«Я всегда справлялся. И сейчас справлюсь».

И вдруг он прыгнул в сторону — в сугроб, в тень, в никуда. Алиса ахнула, но через мгновение из тени вышел волк.

Огромный. Выше ее пояса. Шерсть серая, с серебряным отливом, глаза горят зеленым — тем самым, что она видела во сне. Пасть приоткрыта, из нее валит пар, клыки — как кинжалы.

Он подошел к саням, ткнулся носом в ее руку.

Теплый. Живой. Родной.

— Лева, — выдохнула Алиса.

Волк моргнул. И в этом моргании было столько любви, столько преданности, что у Алисы защипало в глазах.

— Ты со мной?

Волк кивнул. Почти по-человечески.

И побежал дальше — огромный, страшный, прекрасный. Иногда его шкура мерцала, переливалась, и на мгновение Алиса видела кота — но только на мгновение. Он выбрал. Он стал тем, кем должен был стать.

— Что это было? — спросил Михай, глядя на волка расширенными глазами.

— Это Лева, — ответила Алиса. — Настоящий Лева.

— Ни хрена себе котик, — выдохнул Пахом сзади.

Кто-то нервно хохотнул, кто-то помолился. Но страха не было. Было изумление. И надежда.

С таким зверем за спиной — может, и правда можно выстоять?

Алиса смотрела на дорогу.

Впереди ждал Черный овраг. Место, где сходились тропы, где тени становились гуще, где смерть поджидала путников.

А за ним — неизвестность.

Но теперь рядом с ней бежал не просто кот. Рядом с ней бежал хранитель. Ее хранитель.

— Ну что, — сказала она тихо, сжимая посох. — Встретим их как положено?

Волк обернулся, и в его зеленых глазах плескался огонь.

Он был готов. Они все были готовы.

Лютобор подъехал ближе.