Книга Искра. Чужая земля, страница 102 – Ирина Савицкая

— Вы всегда такая уверенная?

— Я всегда такая, — ответила она. Сухая улыбка тронула губы. — Жить, оглядываясь, надоело. Проще смотреть вперед. Даже если там темно.

Он рассмеялся. Впервые за долгое время. Звук вырвался неожиданно — не громкий, но живой, сбивший тяжесть в комнате, как первый луч солнца сбивает иней с камня.

— С вами не соскучишься, баронесса.

За окнами храма гудела столица. Где-то вдали били колокола. Отмеряли время. Но внутри, за каменными стенами, время будто остановилось, уступая место тишине. Той самой, что не пугает. А готовит.

Алиса снова взяла бумаги. Михай продолжил точить нож. Лютобор закрыл глаза, откинувшись на спинку стула, и впервые за весь день его дыхание стало ровным.

Завтра будет суд. Сегодня — только подготовка.

* * *

Вечер опустился на каменные своды храма тяжелой, выстоянной тьмой. Дверь отворилась без стука. Влад вошел — не в парадной рясе, а в потертом дорожном плаще, от которого еще пахло морозом и улицей. Не сел. Не тратил время на приветствия.

— Все готово, — сказал он коротко. Ровно, как зачитывают приговор, который уже подписан. — Заседание завтра в полдень. Я буду рядом. Мои люди проследят, чтобы не было никаких «случайностей».

Его взгляд скользнул по комнате, остановился на ней. Не искал слабости. Проверял готовность.

— Спасибо, — кивнула Алиса. Слово прозвучало тихо, но не робко.

— Не за что. — Он помолчал. В полумраке резкие черты лица казались чуть мягче. Или просто усталыми. — Удачи. Хотя она вам не нужна. — Пауза затянулась на удар сердца. — Потому что вы сами себе удача.

Это не было комплиментом. Был расчет. Признание того, что черту она уже пересекла, и обратно дороги нет.

Он развернулся. Вышел. Дверь за ним сомкнулась с той самой бесшумной точностью, какая бывает только у тех, кто умеет исчезать, не оставляя эха.

Алиса осталась в дверях. Смотрела в пустоту коридора, где еще секунду назад стоял человек, чья жизнь была выжжена дотла, но не сломана.

Лева тронулся с места, терся о голени, теплый, тяжелый, урчал ровно, как настроенный камертон.

Она наклонилась, пальцы утонули в густой шерсти.

— Пошли спать, — сказала она. — Завтра тяжелый день.

Закрыла дверь. Задула большую свечу. Оставила лишь малый огонек у окна.

Ночь легла на храм тихая. Не темная — ясная. Иней плел серебряные узоры на стеклах. Сквозь редкие облака пробивались звезды, холодные, далекие, безжалостно точные. Город внизу затаил дыхание. Даже ветер притих, будто знал: рассвет принесет не гром, а весы.

Алиса легла. Не сразу закрыла глаза. Почувствовала камень на груди. Сначала холодный. Потом отдающий ровное, сухое тепло. Потом — просто часть тела. Как граница. Как договор, который она сама с собой заключила.

Завтра все решится.

Не криком. Не слезами. Не чудом.

Бумагами. Паузами. Молчанием, которое весит больше слов.

Она выдохнула. Прислушалась к дыханию кота. К тишине камня. К собственному сердцу, бьющемуся ровно, без срывов.

Готова.

* * *

Дорогие читательницы!

Новая книга «Искра. Ледяное пламя» уже на подходе!

Чтобы не упустить выход книги и получить максимум впечатлений, подписывайтесь на меня или добавляйте в друзья.

Пусть ваше сердце не пропустит биение этой истории!

Ночь опустилась на храм тяжелая, глухая. Не просто темнота — плотная, выстоянная, как вода в глубоком колодце. Каменные стены дышали холодом, впитывая дневное напряжение, отдавая его обратно в виде тишины, от которой звенело в ушах.