Книга Мертвец стучится в двери, страница 62 – Джон Диксон Карр

— Ты поняла? Когда? Сегодня утром?

— Нет. Меньше получаса назад, когда стояла в аптеке и увидела, как ты разобрался с Фрэнком. Ты поступил так, как я и надеялась, что ты поступишь, когда пыталась вызвать твою ревность.

Бренда подняла голову. Ее глаза наполнились слезами.

— Если бы ты видел свое лицо, когда ты даже не удостоил его ответом, а просто рванул дверцу и бросил ему вызов! Если ты не был счастлив со мной, Марк, скажи мне. Но если был… ну, ты тоже можешь мне это сказать.

И он сказал.

Крепко взяв ее за руку, он вывел ее на пустынную улицу. Под деревом, в сгущающихся сумерках, он объяснил ей все довольно подробно.

И все же необходимость сохранять приличия, стоять на почтительном расстоянии друг от друга и делать вид, что они обсуждают погоду, держала обоих в таком нервном напряжении, которое и описывать не стоит.

Марк нашел выход в том, чтобы подробно объяснить Бренде, почему она непричастна к убийству Роуз Лестрейндж. Она была удивлена, но охотно приняла его аргументы.

— Давай уточним, – повторил он. – Крайние временные рамки смерти: не раньше половины первого и не позже половины четвертого. Ни один человек на свете не смог бы доехать от дома Роуз до отеля «Уиллард» на Пенсильвания-авеню за двадцать минут – между половиной первого и без десяти час.

— Нет, но…

— Подожди! Ты была в «Уилларде» без десяти час? И попала в номер только около двух? Должны же быть свидетели?

— Да, конечно. Но…

— Где ты оставила машину?

— Как всегда. В гараже «Хилари», за углом.

— Я так и думал! Даже если бы ты незаметно вышла из отеля, ты не смогла бы вывести машину из гаража так, чтобы тебя не увидели. Когда бы ни произошло преступление, ты защищена так же надежно, как казначейские облигации.

— Марк! – ужаснулась она. – Неужели кто-то думал, что я… я…

— Только Тоби Сондерс, но он не в счет.

— Тоби Сондерс?

— Дорогая, ты же знаешь Тоби. Он впадает в крайности, бросает дикие обвинения, а потом мучается угрызениями совести и пытается загладить вину. С ним это не в первый раз. Но по-настоящему он и сам в это не верит.

— Но что ты хочешь, чтобы я сделала? – Бренда облизнула губы. – Хочешь, чтобы я рассказала полиции?

— В этом нет необходимости. Просто расскажи доктору Феллу. До Фрэнка Чедвика тебе никакого дела не было. В субботу вечером и прошлой ночью ты была в «Уилларде»! Твое алиби крепче Форт-Нокса! Скажи доктору Феллу!

Неожиданно для себя он повысил голос, но опомнился и замолчал. И в этот момент шестое чувство заставило Бренду обернуться.

Доктор Фелл, с непокрытой лохматой головой, стоял посреди улицы; за его спиной виднелось здание «Колледж Инн» из красного кирпича с белыми окнами. Марк вдруг заметил, что машины доктора Сэмюэла Кента, которая стояла у входа в гостиницу, больше нет. Когда же он уехал?

За последние дни колокольчик тревоги звенел у него в голове несколько раз. Марк услышал его снова, как только увидел лицо гостя.

Доктор Фелл прочистил горло.

— Мэм, – обратился он к Бренде с выражением глубокого душевного страдания, – я – Гидеон Фелл. Простите ли вы мое вторжение, если я поклянусь, что ваши фотографии – лишь бледные тени ослепительной реальности? А вы, сэр! Простите ли вы меня, если скажу, что вы верно истолковали выражение моей физиономии? Роуз Лестрейндж все еще с нами. Нас ждут неприятности, и, возможно, уже этой ночью.