Книга Мерривейл, Марч и убийство, страница 96 – Джон Диксон Карр

— Кхм! – сказал он, похлопав себя по груди. – Я!

Леморо с сомнением посмотрел на него:

— Ладно, папаша, будь по-вашему. Но достаточно ли хорошо вы знаете историю этого местечка?

— Я? – возмутился Г. М. – Дворец Хэмптон-Корт, – заревел он, – построен в тысяча пятьсот пятнадцатом году кардиналом Уолси. А в тысяча пятьсот двадцать шестом году дворец у почтенного прелата отобрали. И сделал это не кто иной, как старый баран, король Генрих Восьмой, о чьих женах я вам сейчас…

— Папаша! Тише!

— Экскурсовод я или нет? – надменно спросил Г. М.

— Конечно, конечно, – огрызнулся Том. – Ладно, что будет, то будет. По крайней мере, я вижу Дженни. Они не смогут причинить ей вред. Пойдемте.

Стараясь ступать как можно тише, они двинулись строем: Том посередине, Леморо и Г. М. по бокам.

Стояла такая тишина, что шаги впереди идущих они слышали так же ясно, как свои собственные. Теплый весенний воздух наполнял запах травы и деревьев, повсюду царил покой. Мысль о том, что смерть следует за ними по этой широкой светлой дороге, с каждым шагом подбираясь все ближе, казалась просто невероятной.

По крайней мере, Том Локвуд об этом не догадывался. Но ему повсюду мерещилась опасность. Он не сводил с Дженни глаз, словно опасаясь, как бы она не исчезла, и его нервы были как натянутые струны. Поэтому он едва не подпрыгнул, когда громогласный голос прервал его размышления.

— Справа от нас, – прогрохотал голос, – знаменитые Хэмптон-Кортские сады, сорок четыре акра элегантных зарослей, которые разбил король Вильгельм Третий. Работы над садом завершились в тысяча семьсот тридцать четвертом году.

— Ради бога, будьте повнимательнее, – прошептал Том. – Вильгельм Третий умер в тысяча семьсот втором году.

Г. М. развернулся и уперся кулаками в бока.

— Думаете, я этого не знаю? – заревел он. – Я же не сказал, что достраивал их этот старый слюнтяй. Я сказал, что он их разбил… И вам я сейчас тоже что-нибудь разобью, молодой человек, если вы не замолчите и не перестанете мешать моей лекции.

— Папаша! Потише! Не расходитесь так! Ваши крики слышны в Темз-Диттоне!

Но какую бы дьявольскую выходку ни замышлял в тот момент Г. М., а Том не сомневался, что он спланировал это заранее, непоправимый урон уже был нанесен. Пять фигур – всего лишь пять смутных очертаний в сумерках – обернулись и взглянули на них.

От группы отделилась тетя Эстер и направилась к ним с высоко поднятой головой. Она надвигалась, не сводя с Г. М. глаз.

— Как я понимаю, вы тот самый человек, Мерривейл? – холодно спросила она.

— Слева, – заревел Г. М., – мы видим теннисный корт. Теннис, в который раньше играли деревянными мячами, был придуман с весьма похвальной целью – выбить оппоненту глаз, что происходило довольно часто. Во время одного знаменитого матча…

— Пожалуйста, ответьте! – сказала тетя Эстер. – С чьего разрешения, позвольте поинтересоваться, вы находитесь в этих владениях? Ведь официальное время посещения уже завершилось.

Г. М. бросил на нее насмешливый взгляд.

— С позволения сэра Хью Росситера, – ответил он. – Так же, как и вы. Желаете позвонить ему и уточнить?

Поскольку Г. М. знал всех, вполне возможно, он говорил правду. Тетя Эстер не стала рисковать и вступать с ним в конфликт. Кроме того, ее интересовало нечто иное.