Книга Дедушка влюбился, страница 144 – Юрий Поляков

— Пока еще не знаю…

— Бровки черним? – спросила Маша.

— Чуть-чуть!

— Какие, к черту, бровки! В студию пора бежать, а он не знает, с чего начнет!

— Хорошо. Я начну со стихов Чуева.

— Феликса? Он еще жив?

— Умер. Давно. Упал на улице. Остановка сердца.

— Хорошая смерть для поэта. Какие стихи – конкретно?

— Это так важно?

— Будешь умничать – переведу со ставки на договор. Читай!

— Ладно. Сейчас вспомню… Ага:

— Ригин, ты спятил? Меня же выгонят… Папаша Гранде тут же на Старую площадь побежит. Ни в коем случае! Я запрещаю!

— А я все равно прочитаю – это же прямой эфир! Свобода слова.

— Что-о-о? Вон из кресла! Я сам поведу… Маша, успеешь меня загримировать?

— Не знаю даже… У вас проблемное лицо…

— Да вы что, все сговорились?! Уволю без выходного пособия!

— Эх ты! Совсем заработался, чувство юмора потерял. Сегодня же первое апреля, Боря!

— Как первое?.. Точно! Так и есть… – посветлел проблемным ликом БЛД. – Классно разыграл! Всегда был мастер этого дела. Значит, не будешь читать про кремлевских иуд?

— Нет, конечно. Что я, враг себе, что ли?

— Черт, разве можно так пугать начальство, теперь придется выпить коньяку. – Его физиономия приобрела мечтательное выражение. – Роза Михайловна, мы камеру на «Арбатскую» посылали?

— Нет, – ответила Роз-Мари, – Манана сказала, возьмем картинку из интернета, иначе опоздаем и НТВ нас опередит.

— Значит, никто из наших эту мозаику в глаза не видел?

— Не-ет…

— Погодите-ка… – Он выхватил из кармана мобилу, оживил темный экранчик и ткнул пальцем в нужного абонента. – Только бы дома была! Эммочка, привет, нет времени объяснять, срочно выгляни в окно спальни! Выход из метро оцеплен? Жду… – Отводя глаза, Дон объяснил: это его дальняя племянница, она живет напротив, в доме Моссельпрома. – Что ты сказала? Нет никакого оцепления? Люди спокойно входят и выходят? Спасибо, дружок! Извини! – Донишевский посмотрел на нас зверем. – Анонс давали?

— Через пять минут пойдет бегущая строка – «Экстренный выпуск “Культ-сенсации!”».

— Отставить, идиоты! Отменить! Немедленно!

— Почему?

— Неужели непонятно, олухи! Сегодня первое апреля, дебилы! Это розыгрыш! Фейк – теперь поняли?!

Так и оказалось. Какие-то ушлые ребята сфотографировали оштукатуренную стену, нарисовали прореху, втиснули туда мозаичное лицо Сталина, подсняли постановочную толпу, оплатив массовку по расценкам «Мосфильма», все это смонтировали, выложили в Сети, и началась обычная информационная шизофрения. Но какова чуйка у Бори! Не зря все-таки соратник моей юности выбился в большие начальники. И такого человека сняли! Что теперь будет с Родиной, «АРТ-каналом» и с нами?

Я вышел на «Арбатской», напротив мавританского особняка Морозовых. За уступы Калининского проспекта опускался малиновый шар, похожий на глянцевую елочную игрушку, за год запылившуюся на антресолях. Здесь, перед метро, всегда толпится народ, даже в плохую погоду. «Люди встречаются, люди влюбляются, женятся…» Если ненастье, можно переждать в «Шоколаднице» или зайти в вестибюль. А сегодня теплая пятница – и тут не протолкаться, словно затесался на митинг законопослушных граждан.