Книга Сыны Тьмы, страница 132 – Гурав Моханти

— Как прикажете, ваша светлость.

Король вернулся в свои покои, где его ждала куртизанка. Шакуни улыбнулся и, прихрамывая, вышел. Где-то выиграешь, где-то проиграешь.Женитьба с царевной Калинги была безумием, но сейчас он должен был с этим смириться. Он и представить себе не мог, что Дурьодхана влюбится. Любовь подобна дождю, который одинаково падает на кактусы и лилии.Как бы то ни было, Калинга была слишком далека, а значит, не могла участвовать в его планах. На всех остальных костях выпали шестерки. В конце концов, именно он подкупил наиболее уязвимых членов Совета Ста, заставив их затронуть тему восхождения Юдхиштира. Да и половина той знати, которая обратилась к Юдхиштиру, убеждая его заявить о своих правах, была послана им. Шакуни знал, что нужно что-то значимое, чтобы вынудить Юдхиштира перейти в наступление. Ссылка в Варнаврат была как раз тем, что нужно. Выходя наружу, Шакуни вновь подумал о слепом царе: Болван! Ты должен был искалечить и мой разум, когда у тебя был такой шанс. Ты должен был… О, эти гребаные лестницы!

I

— Еда служит для того, чтоб ее есть, – сказал ачарья Ирум, неспешно идя к возвышению для учителя и волоча за собою по полу длинную трость. – Если я найду хоть один кусочек в воздухе, поднимающийся на высоту, которую я не одобряю, вы поймете, что сегодня утром я был очень добр. – Нала рассеянно потер полосы, оставленные на его бедре тростью Ирума. А холодный голос продолжал: – Говорить можете свободно. А если будете драться, не переломайте друг другу кости.

— Добр? – прошептал Упави, стоило Ируму оказаться вне пределов слышимости. – Если он добрый, то Якша – Богиня Благополучия.

— Дайте мне поесть! – возмутился Варцин, по уши погрузившись в миску с рисовым отваром. Когда ты голоден, тебе не до этикета. Они устали до костей, и блюда из жареного голубя, твердого сыра, фруктов и лепешек были именно той панацеей, которую так жаждали их усталые тела. – Еще б немного, и я съел бы даже Налу.

— Пойдем на крышу, – предложил Варцин, покончив с третьей порцией пирога. – Старшие ученики сказали мне, что они оставили бутылку вина под задницей горгульи.

— Я в деле! – без колебаний согласился Нала.

— Ну разумеется! Ты же любишь дешевое вино. Я же предпочитаю эль и сидр, – высокомерно заявил Акопа.

— Нищим выбирать не приходится, Акопа, – парировал Варцин.

— Подождите, вы о чем?! – потрясенно спросил Упави. – Сейчас? Сегодня же последний день Недели Обмена.

Все застонали. Неделя Обмена традиционно проводилась в Меру совместно с другими Орденами Саптариши. Студентам второго курса Меру предлагался простой выбор – месячное обучение в любом другом ордене или месячный отпуск. Неделя обмена означала, что ачарьи из других Орденов приходили в Меру – рассказать о своем обучении. Они уже прослушали лекции пяти Орденов, и каждая из них была столь же утомительна, как и предыдущая.

— К нам придет Сестра Милосердие! За все время, что мы здесь, это первый раз, когда в Меру приезжает женщина. Кем бы мы были, если б пропустили это?! – выпалил Упави.

— Учениками, – устало ответил Нала.

— Ха. Ха. Но если серьезно, это очень важно. Они никогда – ну, или очень долго никого не учили в Меру гаданию. Это будет действительно интересно.

— Она заставит нас окунуть нос в чайные листья и попросит нарисовать узоры в облаках. У валка для этого есть шаманы, – отрезал Нала.