Книга Тирания веры, страница 234 – Ричард Суон

— Генрих, – сердечно сказала я, наклоняясь, чтобы потрепать его по морде и шее. Пес лизал мне лицо, как щенок, и я ощутила запах крови, исходивший из его рта. Я вспомнила, что еще вчера его морда, которой он теперь ласково жался ко мне, рвала глотки карешцев на Гелбегардской равнине.

— Клянусь богами… Хелена, – произнес знакомый голос. Я подняла глаза и увидела сэра Радомира, стоящего позади Генриха. Следуя за псом, он протолкался через толпу храмовников. Бывший шериф был измазан грязью, выглядел потрепанным, и его глаза блестели в свете жаровен, расставленных по двору замка. Я поняла, что он изо всех сил сдерживает свои чувства.

Вновь ощутив прилив радости, я вскочила и крепко обняла его.

— Боги, Хелена, прости меня, прошу, прости… Нема, я уж думал, что погубил тебя своей глупостью, – бормотал он мне на ухо.

— Все хорошо, со мной все хорошо, – тихо прошептала я. – Я нашла книгу.

Сэр Радомир внезапно схватил меня за плечи и отстранился.

— Что? – прошипел он. – Как?

— Послушайте, у нас мало времени. – Я глянула ему за спину, пытаясь сообразить, как нам выбраться отсюда. Внутренний двор, окружавший собор-донжон, был просторным, однако попасть в него или покинуть можно было лишь через ворота, коих было всего несколько. – Нужно уходить. Я все объясню по дороге.

— Убийство! – вдруг раздался чей-то крик. Сэр Радомир посмотрел на меня. – Убийство! – воскликнул кто-то еще. Вскоре все храмовники подхватили: – Убийство, убийство!

Перед этим храмовники вели себя по-разному – одни радовались тому, что они сами и их друзья выжили, другие оплакивали погибших товарищей, третьи скорбели по утраченным конечностям, – однако теперь всех объединила новая цель. Они словно ждали, чтобы что-то случилось.

Возможно, так и было.

Я и сэр Радомир с едва скрываемым ужасом смотрели, как зажигаются новые жаровни и как их пламя разгоняет остатки тьмы. Из собора во двор стремительно вышли несколько храмовников.

— Расступитесь! – рявкнул один из них. Это был маркграф фон Гайер.

— Идем, – прошипел сэр Радомир. Мы направились к самым северным воротам, подальше от суматохи, но несколько сержантов уже встали там на страже.

— Эй! – крикнул один из них сэру Радомиру, когда мы приблизились. – Постой-ка, друг.

Я инстинктивно повиновалась и замедлилась, но старый шериф не сбавил шага.

— У нас нет времени, – сказал он и как смог изобразил усталое недовольство. – Маркграф велел нам обыскать внешний двор. – Уверенно проходя через ворота, он поманил рукой Генриха, и мне пришлось перейти на бег, чтобы не отстать от него.

— Да пребудет с вами Богиня-Мать, – сказал один из сержантов, отходя в сторону и пропуская нас.

Сэр Радомир прошагал по выложенному каменными плитами спуску, и мы очутились во внешнем дворе. Перед нами открылся широкий квадратный плац, окруженный несколькими зданиями и заваленный всевозможным хламом, который остался после боя и который теперь разбирали санитары. В лужах крови валялись грязные повязки, гнутое и поломанное оружие, части доспехов и осколки щитов – и все это среди куч конского навоза, разбросанного фуража и луж. Главные ворота, распахнутые, чтобы пропустить вернувшееся войско, захлопнулись при первых же криках «Убийство!».

В северо-восточном углу двора, по диагонали от нас, к крепостным стенам жалась маленькая полуразрушенная часовня, как будто вросшая в камни. Внутри нее находился вход в потайной туннель, о котором нам рассказал Лютер де Рамберт и который должен был увести нас почти на милю прочь от замка. К счастью, именно там было логичнее всего начать поиски убийцы, и мы бы не привлекли к себе лишнего внимания, зайдя внутрь.