Книга Тирания веры, страница 176 – Ричард Суон

— Какими пользуетесь вы?

— Это полностью зависит от того, сколько у меня имеется времени на подготовку. Иногда лучше остаться незамеченным. Однако я всегда стараюсь произнести не одно, а несколько заклинаний. Связи между ними нет, и потому они ничуть друг другу не мешают.

— Хорошо. Итак, вы себя защитили. Что дальше?

— Нирсанар Нави, – сказал Вонвальт. – Заклинание спускаили схождения вниз. – Он сделал еще одну глубокую затяжку. – Оба названия означают одно и то же.

— Что это за язык? – спросила я.

— Неважно, – отмахнулся Вонвальт. – Это заклинание будешь произносить не ты, поэтому я не стану вдаваться в подробности. Овладение Нирсанар Нави – самая опасная часть в подготовке некроманта. Этому учат только самые опытные практики Ордена в особых контролируемых условиях. Помнишь, я рассказывал тебе о старых саксанских рунах, начертанных на фундаментах многих государственных зданий Совы?

— О тех, благодаря которым инженеры смогли возводить невозможно высокие здания?

— Совершенно верно. Так вот, на нижних этажах Великой Ложи есть комнаты, где начертаны особые руны, сводящие на нет последствия неправильно произнесенного заклинания.

— В них еще сточные канавки сделаны, – подсказал сзади Брессинджер. Я оглянулась и увидела на его лице мрачную улыбку.

— Зачем? – спросила я, но затем сообразила. – Князь Преисподней, – пробормотала я.

Вонвальт сердито глянул на Брессинджера.

— Я же тебе сказал, что читать заклинание будешь не ты, так что тревожиться не о чем. Больше тебе знать не нужно.

— Как я спущусь туда? – спросила я, не зная, как еще назвать то место.

— Помнишь, как ты невольно попала в загробный мир, просто коснувшись меня?

Я кивнула.

— Так и попадешь.

— Но я думала, что вы не можете туда отправиться.

— Не могу. Но тебя отправить сумею.

— Значит, я накладываю на себя защитные чары, беру вас за руку, и вы бросаете меня в загробную жизнь, как горшок с дерьмом из окна? – спросила я. Мне хотелось, чтобы мой голос прозвучал беззаботно, хотелось скрыть свою тревогу, но слова вышли едкими. Трое мужчин рассмеялись, ошибочно приняв мой тон за черный юмор, и меня захлестнул гнев. – Да, смейтесь, – огрызнулась я. – Смейтесь громче над Хеленой и ее самоубийственной миссией.

— Брось, Хелена, – сказал Брессинджер. – Мы смеемся не над тобой, а вместе с тобой. Опасности в этом деле хватит на всех.

Я надулась и буркнула:

— Ну а мне сейчас не до смеха. – Снизу, из-под ног моей лошади, на меня посмотрел Генрих. Видимо, пес ощутил, как я расстроена, и сочувственно заскулил.

— Думаю, пока достаточно уроков, – сказал Вонвальт, потушив трубку. Вид у него был усталый. – Продолжим чуть позже.

* * *

Весь оставшийся день мы продолжали путь и наконец разбили лагерь с подветренной стороны скалистого выступа. Земля становилась все более изрезанной, а деревья все чаще собирались в нечто похожее на леса. Иногда даже слышалось журчание воды – местами подземные потоки прорывались на поверхность и сливались в родники.

— Расскажите мне о загробном мире. Почему некоторые называют его «священными измерениями»? Или «астральной гранью бытия»? Или «царством духов»?

— Причина та же, что и в случае с «драэдической» или «саксанской» магией. Разные люди используют разные слова, чтобы обозначить одни и те же явления. Однако никто по-настоящему не знает, что это за место. Даже Магистр Кейн и другие мудрейшие некроманты Ордена лишь строили догадки о том мире – и это после того, как много лет изучали его.