Книга Слепящий нож, страница 435 – Брент Уикс

— Он не ушел? – спросил у нее Фипс. – Эта свинья Аравинд? Мы ведь его достали?

— Да, – ответила Лив. – Сперва он получил дротик в пах, а только что Фирос перерезал ему глотку.

Фипс резко хохотнул, однако смех тут же закончился всхлипом.

— Славно… славно. Четырнадцать лет я охотился за этим мерзавцем! Жаль, что я не смог сделать это сам… А еще… жальче… что это вообще понадобилось делать. Ты веришь в рай?

— Я верю в ад, – отозвалась Лив.

Кажется, он снова попытался засмеяться, но его лицо исказилось болью.

— Окажи мне услугу, ладно? – На его лице вновь появилась свирепая усмешка; он упрямо не давал ей раствориться в боли и страхе. – А я выясню этот вопрос для нас обоих.

Лив говорила себе, что это будет актом сострадания, но не могла сдвинуться с места до тех пор, пока еще раз не извлекла сверхфиолетовый. Это было необходимо сделать. И она сделала это, аккуратно перерезав ножом его сонную артерию и яремную вену. Потом отступила назад на трясущихся ногах – и отвернулась, не в силах глядеть на то, что совершила.

— Лестница здесь! – позвал Фирос.

Лив поспешила к нему и взобралась по приставной лесенке. Позади огромного полированного зеркала имелась небольшая приступка. Однако стоило Лив приблизиться, как она тут же поняла, что это не обыкновенное зеркало. Оно было не просто массивным – по меньшей мере пятнадцати шагов в поперечнике, – оно было безупречно чистым. На его поверхности не было ни пятнышка, ни малейшей царапинки. На железной раме были вычеканены древние руны, почерневшие от времени.

Отсюда, с вершины пирамиды, Лив могла видеть битву, разворачивавшуюся под городскими стенами. Высланные Владыкой пятьсот человек, уже лишившись десятой части своих бойцов, преодолели кровавый, дымный ад туннеля и шли по кварталу, улица за улицей пробиваясь сквозь кордоны солдат. Черный дым и треск мушкетов и вопли атакующих доносились даже сюда. «Кровавые плащи» неуклонно наступали, отвоевывая шаг за шагом. Еще полквартала – и они выйдут на рынок, где для их превосходящих умений откроется более широкий фронт. После этого им уже не потребуется много времени на то, чтобы добраться до ворот. Однако сражение еще не было окончено. Казалось, будто у аташийцев на вершине стены имелся бесконечный запас заряженных мушкетов: они палили из одного, и им тут же передавали следующий, и они вновь палили, палили, поливая атакующих нескончаемым смертоносным дождем.

…Лив заставила себя оторвать взгляд. Ее битва – здесь.

Она сузила глаза в щелки. Зеркало словно бы загудело в ответ на ее взгляд. Странно… Лив опустила взгляд к его основанию и увидела черную панель. Она ощупала ее сверхфиолетовыми пальцами – и ощутила, как зеркало содрогнулось. Казалось, будто внутри него расположены крошечные невидимые рычаги.

«Что я делаю?»… Она поглядела в сторону солдат, поднимающихся по ступеням пирамиды. Это было ее последним испытанием. Тем, для чего она была создана. Если она добьется успеха, Цветной Владыка вознаградит ее, даст ей больше, чем она когда-либо мечтала. Больше никогда она не будет кем-то незначительным. Никогда не будет ощущать себя стоящей в стороне, презираемой, бессильной.

Битву за город они, несомненно, выиграют; но битва на море там, вдалеке, каким-то образом зависела от того, удастся ли ей задуманное. Это был ее шанс отплатить Хромерии за все насмешки, за то, что ее использовали как орудие против ее отца, заставили ее нарушить свои клятвы, испоганили все, что только могли.