Онлайн книга «Орден Разбитого глаза»
|
— Могу поклясться, – ответил Кип. – Я своими руками вытащил его из воды. И ручаюсь, что он дышал. Гэвин Гайл не тот человек, чтобы с ним могла покончить горстка пиратов! Библиотекарь кивнул, приободренный; на его лице читалось облегчение. — Верно, верно… После всего, что он для нас сделал… – Он снова нахмурился, глядя на красный пергамент в своей руке. – Благодарю вас, молодой человек. Я бы с радостью вас пропустил только за то, что вы принесли мне благие вести! Однако вынужден вас огорчить, сэр: у нас новые правила. Ваш дед постановил, что именно в этот раздел библиотеки следует допускать лишь тех, у кого есть его персональное письменное разрешение. — Что?! «У него вообще есть власть это делать?» — Распоряжение поступило только сегодня утром, – сообщил библиотекарь. – Каких-нибудь два часа назад. Два часа назад! То есть еще до того, как Кипу пришел в голову блестящий план разжиться подписью Железного Кулака. Кип не знал, радоваться ли ему – ибо это означало, что шпионы его деда были все-таки не настолько хороши, – или огорчаться, что дед сумел расстроить его замысел прежде, чем тот успел зародиться. «Маленький лорд, получающий все, что захочет, да?» * * * Это происшествие лишило ветра его паруса. В конце концов Кип все же пошел еще на одну лекцию – это был курс инженерного дела, и речь шла об углах отражения. Дисципулам рассказывали о качестве зеркальных доспехов и преломлении света в люксине. С демонстрацией проблем не было: оружейники и военные извлекатели вставали один за другим и объясняли, почему зеркальная броня такого-то качества способна отразить снаряд из синего люксина под таким-то углом, а под таким-то не может и что одной из главных проблем является содержание доспехов в чистоте, поскольку грязь снижает их отражательную способность. Некоторые из Зерцал – как правило, это были элитные пехотинцы какой-нибудь из сатрапий или попросту самые богатые – носили поверх доспехов тонкие хлопковые накидки, которые постоянно полировали броню. В бою они либо скидывали их, либо так и оставляли на себе. По словам одного из оружейников: «Впечатление, конечно, не то, но зачем лишать оружие противника дополнительной работы?» Впрочем, Зерцала чаще рассчитывали на психическое воздействие, которое их сверкающая броня оказывала на извлекателей. «А еще вероятнее, – подумал Кип, – что после стольких усилий по доведению своей брони до зеркального блеска они просто не хотят упускать возможность ею похвастаться». Впрочем, после беглого обзора предмета обнаружилось, что сегодня речь пойдет только об одном цвете: синем. Это была серия лекций, и Кип надеялся посетить их все. Внезапно он понял, что может посещать любые курсы, какие захочет. Кип, несомненно, не собирался возвращаться к базовому обучению у магистра Кадах – это был единственный курс, который ему официально разрешалось пропустить. Учитывая нависшую угрозу войны, казалось глупым терять время на историю и жизнеописания, не связанные непосредственно с войной. «Применение люксина в изящных искусствах»? Сейчас? Это что, шутка? Кажется, помимо инженеров, никто здесь не желал видеть, что война реальна – и что они могут ее проиграть. После лекции Кип отправился обедать. В столовой не было никого из курсантов гвардии – большинство из них жило по нестабильному расписанию, пытаясь успевать и на лекции, и на тренировки. Взгляд Кипа упал на столик отверженных, за которым он сидел каких-то несколько месяцев назад. Теперь их группа распалась: Тея и Бен-хадад покинули ее, поглощенные огромным организмом Черной гвардии, Кип и так едва к ней принадлежал, а девушку с родимым пятном, Тицири, отправили домой из-за Кипа. Он поставил ее на карту, играя с Андроссом Гайлом, – и проиграл. |