Книга Мастер Темного Пути. Том 1, страница 118 – Мосян Тунсю

Лань Ванцзи слегка нахмурился, словно опасался, что Вэй Усянь в самом деле начнёт раздеваться посреди улицы, и бесстрастно ответил:

— Найдём, где заночевать, и разденешься.

Вэй Усянь рассмеялся, крутанулся на месте и пошёл спиной вперёд. Когда он пытался удрать от Лань Ванцзи, то из кожи вон лез, чтобы вызвать к себе отвращение: и дурачком прикидывался, и глупостей столько натворил – вспомнить стыдно. На его месте любой мечтал бы провалиться сквозь землю… Следовало родиться толстокожим Вэй Усянем, чтобы продолжать вести себя как ни в чём не бывало. С другой стороны, будь он кем другим, ему бы и в голову не пришло учинять подобные безобразия: заползать среди ночи под чужое одеяло, пытаться запрыгнуть в чужую бочку для купания или спрашивать, красив ли он с пудрой и румянами на лице… Теперь же Вэй Усянь упорно делал вид, что ему память отшибло, да и Лань Ванцзи о его выкрутасах даже словом не обмолвился – в общем, оба держались так, словно ничего и не было.

Эта шутка Вэй Усяня стала первой за долгое время. Отсмеявшись, он продолжил, уже серьёзно:

— Одни подкинули руку братишки в деревню Мо и натравили её на учеников вашего клана, а другие пришили ноги к чужому телу и замуровали улики в стене. Как думаешь, Ханьгуан-цзюнь, они сообщники?

Про себя Вэй Усянь, как и прежде, называл Лань Ванцзи по имени, но в последнее время завёл привычку использовать почётный титул. Это придавало беседе налёт высокопарности, отчего Вэй Усянь каждый раз мысленно покатывался со смеху. Поэтому на людях он то и дело величал своего спутника Ханьгуанцзюнем – и не поймёшь, то ли в шутку, то ли всерьёз.

— Нет.

— Великие умы мыслят одинаково, – одобрил Вэй Усянь. – Провернуть такое с ногами – задачка не из лёгких; виновники явно не хотели привлекать внимание. Но вот с рукой всё иначе: те люди намеренно оставили её на видном месте, чтобы кто-нибудь разобрался в этом деле. Кто-то всеми силами старается скрыть правду, а кто-то – вытащить на свет. Они никак не могут быть заодно.

Лань Ванцзи, по-видимому, добавить было нечего, и он просто согласно хмыкнул. Вэй Усянь опять развернулся лицом вперёд и продолжил рассуждать на ходу:

— Первые прекрасно знают о традициях семьи Не и о храме клинков. Вторые же хорошо осведомлены обо всех действиях клана Лань. Боюсь, этот путь не так прост: чем дальше, тем больше тайн.

— Пройдём его шаг за шагом, – ответил Лань Ванцзи.

— Как ты всё-таки меня узнал? – внезапно спросил Вэй Усянь.

— Подумай сам.

Они быстро перебрасывались короткими фразами. Вэй Усянь рассчитывал, что, если задать вопрос неожиданно, можно подловить Лань Ванцзи и вытянуть из него ответ, но тот на его уловки так и не клюнул.

— Я никогда раньше не бывал в Лияне, – сменил тему Вэй Усянь, ни капельки не расстроенный своим провалом. – Обычно это я пристаю ко всем с расспросами, но сегодня мне что-то лень. Так что займись этим ты, Ханьгуан-цзюнь, ладно?

Лань Ванцзи развернулся и зашагал в другую сторону.

— Ханьгуан-цзюнь, постой, подожди! – тут же окликнул Вэй Усянь. – Позволь узнать, куда это ты собрался?

Лань Ванцзи обернулся.

— Поищем обитель местного клана совершенствующихся.

Вэй Усянь поймал его за кисточку на мече и потянул на себя.

— И что толку? Это же их земля; даже если они что-то знают, нипочём не расскажут. Одно из двух: либо им жутко стыдно, что не справились, либо жутко неохота посвящать в свои дела посторонних. Благородный Ханьгуан-цзюнь, не поймите превратно, этот ничтожный Вэй вовсе не пытается принизить ваши таланты, но без него ничего у вас не сладится! Удивлюсь, если вы хоть что-то узнаете.