Книга Снег и туман, страница 42 – Го Цзинмин

Инь Чэнь все так же неторопливо вытирал руки, совершенно не обращая внимания на потуги парня. Мужчина глубоко вдохнул кристально-чистый воздух утреннего леса и расплылся в довольной улыбке – слова и поведение ученика никак его не задели.

— Прости, конечно, но с трудовой моралью ты абсолютно не знаком! Вроде князь, а чуть что сразу нападаешь на своего же апостола! Может, сразу подерешься с трехлеткой? Или тебе по душе таскать за волосы маленьких девочек? – выплюнув последнюю льдинку, гневно проворчал Ци Лин дрожащими от онемения губами. – Если такой молодец, то и меня научи, тоже буду засыпать тебе рот всякий раз, как устану слушать твои лекции. Думаешь, что мало говоришь? Коль начнешь, так и мою прежнюю хозяйку можешь перебубнить. Даже не следишь, понимают тебя люди или нет. Чистая правда – мне и половина твоих слов не ясна.

— Нет смысла учить тебя этому. – Мужчина убрал платок. – Ты все равно не сможешь использовать подобную магию на мне.

— Ха-ха! – парень с вызовом скосил взгляд.

— Что за «ха-ха»? – Инь Чэнь, очевидно, не привык к столь нахальной манере общения.

— Да то и значит – не морочь мне голову, – Ци Лин скривил рот. – Я от рождения смышленый, ты только учи, а у меня-то уж точно все получится.

Князь посмотрел на парня и прищурился, а затем мягко и спокойно ответил:

— Дело в том, что духовные линии на теле мастера служат самой сильной естественной защитой. Если твоя сила не превышает духовную силу противника во много-много раз, тебе не удастся так просто пробить ее и использовать магию духа внутри врага. Приведу пример. Мастера империи Асланд имеют от природы великолепные способности к контролю воды, а тело человека состоит из нее примерно на семьдесят процентов. А теперь представь, что мы можем легко пробивать внешнюю защиту противника. Не думаешь, что для нас стало бы слишком просто одержать победу или даже убить кого-то? Потребовалось бы всего лишь обратить в лед какой-нибудь орган или разорвать живот парой ледяных шипов. Понимаешь, о чем я?

Ци Лин молчал.

— Неужели снова ничего не понял? – прошипел Инь Чэнь, еле сдерживая раздражение.

Парень кивнул:

— Ага, учитель Инь.

Глаза князя округлились:

— Не нужно звать меня так! Не такая между нами и большая разница.

— Понял, братец Инь.

Ответа не последовало.

— Малыш Инь?

Мужчина не издал ни звука и повернулся к воде. Глубоко дыша и сжав кулаки, он стал уговаривать себя сосредоточиться на прекрасном утреннем пейзаже и не реагировать на болтливого апостола.

Когда Ци Лин увидел, что князь его игнорирует, то сам потерял желание продолжать разговор, уселся в тени деревьев и стянул верхнюю одежду. Вещи покрывали пятна засохшей крови, и парень принялся тереть ткань, отчего на землю медленно полетела бурая пыль.

Множество кровавых следов и пятен на его одежде наконец-то вернули Ци Лину какое-никакое ощущение реальности всего произошедшего за последние два дня, потому что слишком уж все напоминало причудливый сон. Из обычного ничем не примечательного работника почтовой станции он неожиданно сделался всесильным апостолом князя. А потом по непонятной причине судьба связала его с помешанным на чистоте, красивым, словно цветок, но при всем при этом обладающим дурным нравом каким-то угрюмым стариком. Хоть новый знакомый и не выглядел старо, лет на тридцать максимум…