Книга Вероломный бог, страница 92 – Кэмерон Джонстон

Дружески настроенные стражи и нюхач заметили Чарру и легко пропустили без всяких проблем. Она даже не обратила на них внимания. Мы прошли через сутолоку базара. Напряженность росла с каждым шагом, и уже на полпути к Рыбачьей дороге Чарра резко остановилась как вкопанная. К горлу подступила тошнота – Чарра намеревалась обсудить, что я сделал с Лайлой и с сознаниями других людей.

Наконец я все-таки обрел голос и попробовал отклониться от темы.

— Я не знаю, что и сказать. Но, во всяком случае, она может позаботиться о себе. И она была вполне способна меня там убить. Она запросто со мной справилась бы.

Я остановился посреди улицы, застигнутый неожиданным подозрением. Отчего-то я был уверен, что так и есть, и еще одна частичка глубоко запрятанной тайны сейчас вырвалась на свободу.

— Чарра, Лайла – магорожденная. После случившегося во время Ковки с ее отцом ты так и не отправила ее на проверку?

Она покачала головой:

— После того, что сделали с Линасом? Я никогда не позволила бы тем мясникам даже пальцем тронуть мою дочь. Линас позаботился об этом перед твоим отъездом. Он добыл поддельные бумаги о том, что она уже проходила проверку.

Нет, бумаг он не делал, это я заставил его так думать. Ни сам Линас, ни Чарра не имели такого влияния. Безопасность моих друзей была оплачена заключенной мной сделкой. Они не должны были чувствовать вину за мое изгнание, так что правду я оставил при себе.

Арканум не мог рисковать, позволяя магии выйти из-под контроля, чтобы нелояльные маги и магорожденные не пошли против интересов Сетариса. Для предотвращения этого существует много защит и проверок, даже благородные дома и сам архимаг тут бессильны и не могут вмешаться. Только бог имеет необходимое для такого влияние. От этих мыслей у меня заболела голова, в буквальном смысле.

— Бродяга… – начала Чарра. Голос был совершенно опустошенным. – Лайла во многом еще глупый ребенок, она так наивна. Обещай, что присмотришь за ней, когда… если…

— Ну-ну, брось, – сказал я. – Мы вдвоем за ней присмотрим. Но я обещаю взять это на себя, если сам проживу достаточно долго.

Она слабо улыбнулась в ответ:

— Будем надеяться?

Она прикрыла глаза и поглубже вздохнула. А когда открыла, это снова была прежняя жесткая Чарра. Взгляд ее темных глаз пригвоздил меня к стенке. Я сглотнул, готовясь выдержать бурю.

— Ты когда-нибудь проделывал это со мной? Лез мне в голову? – спросила она. – Ты менял там что-нибудь?

Вот оно, начало страха и подозрительности.

— Нет, конечно, – ответил я. – Я никогда не поступил бы так с тобой.

— Ты все эти годы заставлял меня верить, что просто мошенник, владеющий парой магических трюков, может, чуточку больше. Притворялся, что весь твой природный талант мага растрачен впустую. Скажешь, что ты просто мелкий жулик? После всего, что я сегодня увидела? Ха! Ты меня за дуру держишь?

Я повесил голову, принимая праведный гнев.

— Сам ты тупой дурень, Бродяга. Я знала, что ты нечто большее, чем говоришь, и всегда подозревала, что скрываешь настоящую силу. Для чего тебе прятать ее от меня?

Было трудно произнести это вслух, и особенно после того, как долго скрывал.

— Не хотелось пугать.

— А тебе не пришло в голову, что если бы я не доверяла тебе свою жизнь, мы вообще никогда не стали бы друзьями? – спросила она. – Ты, как никто другой, должен знать, что ко мне непросто втереться в доверие. Если ты можешь что-то сделать, это еще не значит, что сделаешь.