Книга Вероломный бог, страница 107 – Кэмерон Джонстон

Я прибавил шаг, выбирая дорогу по потокам свежего воздуха, миновал пещеру, коридор и гробницу и в конце концов попал в место, которое потрясло меня до глубины души. Иллюзия божественной силы раскололась, рассыпалась и исчезла. Шатаясь, я прошел сквозь дверной проем, сохранившийся посреди обломков камнепада, и попал в ту самую комнату, где был заперт в детстве. Старая каменная глыба со странной резьбой исчезла, остальное осталось нетронутым.

Я не сдержался – рука сама выбросилась вперед, и клинки метнулись из воздуха, круша все вокруг, разбивая камень. Я взревел от натуги, сила напрягала и разум, и тело. Такая вульгарная магия всегда тяжело мне давалась, и обычно такое было бы невозможно. Стены начали крошиться и рушиться. Меня пронзала боль. Я отбросил весь страх, все глубже погружаясь в магию. Я обязан разрушить эту комнату. Те кошмары преследовали меня, уничтожить их важнее всего на свете.

Чарра застонала, и ее дыхание стало слишком частым. Это порвало мой сосредоточенный на себе страх – единственный живой друг гораздо важнее. Она оставалась последним лучом света среди мрака моего сердца, только благодаря ей я еще оставался человеком.

Я пытался остановиться и обнаружил, что не в силах помешать магии. Я открылся чересчур широко, слишком глубоко впустил ее внутрь. Начала подниматься паника, но утонула в наслаждениях боли, силы и предвкушения. Боль была похожа на экстаз. Дар содрогался, готовый разорваться на части от несущегося через него потока.

В ноге вспыхнула ужасная боль, прерывая наслаждение и разрушая аэромагию. Я упал на колени. Вспышки в воздухе кружили пылинки. Поток магии отступал. Расчленитель как-то смог прорубиться сквозь ножны и вонзился мне в ногу. Прежде чем я сообразил, что делаю, рука нащупала рукоять. Жажда крови и ярость вливались в меня, отгоняя прочь наслаждение и призрачную самоуверенность, подавляя страх перед тьмой.

«Идиот, – сказал в моем сознании Расчленитель. – Голая безмозглая обезьяна. Не смей. Я больше не потеряюсь. Позаботься о женщине, слабоумный».

Чарра!

Идиот, паршивый слабак, ты позволил себя увлечь. Прижимая Чарру к груди, я окинул взглядом полуразрушенную комнату из своих кошмаров. А потом развернулся и бросился к выходу. Я бежал по туннелям, по которым меня вынесли в детстве, стремясь опять оказаться в руках Византа, в безопасности. Пронесшаяся сквозь меня магия заставляла разум метаться в разные стороны. И нейтрализующее влияние Расчленителя быстро рассеивалось.

Впереди показалась арка с воротами и массивной стальной решеткой, закрывающими мне выход из Костницы. Я промедлил самую малость, поднял Расчленитель и вскрыл решетку. Защищенная магией сталь заискрилась, а потом распалась и с грохотом упала наземь. Я шагнул в дыру, и сейчас же активировалась сеть из множества защитных знаков. Извернувшись, я укрыл своим телом Чарру. Взвыла сигнализация, силовая паутина стиснула меня, как гигантский кулак. Несмотря на наполняющий меня поток энергии, я был прочно зажат и едва мог дышать. Магия поднималась внутри меня и вопила, требуя дать ей волю. Жалкие защитные знаки не могли меня удержать. И ничто не могло удержать Бродягу. Я вздрогнул, пытаясь отогнать подступающее безумие.

Трое магов ворвались внутрь, силы магии искрились вокруг них, готовые уничтожить любое извращенное чудовище, появившееся из глубин.